Читаем Путь избранной полностью

Нормир быстро осмотрел её, сказал, что ничего серьёзного в этих «царапинах» нет, чем заслужил два недоумённых взгляда от охранников, и спокойно пошёл обратно в замок. А офицер МакВарран, оправив свой спортивный топ, недовольно хмурилась на провинившуюся парочку. Она готова была смотреть куда угодно, только не на злющего Владыку, который следил за каждым её движением, как самый настоящий зверь.

— Я же сказала, что опасности нет! — прорычала она.

— Они выполняли мой приказ, Огонёк, — тихо ответил за них Киртьян.

От звука его низкого рокочущего голоса всё внутри у девушки просто перевернулось. Но не от страха, который он вызвал у поспешно ретировавшейся охраны, а от совершенно другого чувства. И не сказать, что оно её напугало, но уж точно обескуражило. Просто, для неё такая реакция была в новинку, она не привыкла к тому, что даже просто голос, хоть и удивительный, принадлежащий мужчине, может пробуждать в ней… такое! Тягу, потребность, жажду…

— Я не просила следить за мной, Владыка.

— Что ты сказала? — прорычал он, а Рэйс показалось, что от его рыка даже деревья вокруг задрожали.

— Я сказала, что не просила следить за мной, — повторила девушка, всё также не глядя на мужчину.

Она серьёзно опасалась совершить нечто необдуманное, если взглянет на него. У неё внутри и так всё замирало от одного лишь его голоса. Но, тем не менее, она отчётливо знала, где именно находился Киртьян. Все её чувства были напряжены до предела, поэтому его приближение она просто почувствовала. Вот она ощущает лишь лёгкую дрожь в теле, а вот по нему проносится ураган эмоций.

— Как ты ко мне обратилась, Рэйс? — прошептал он ей вопрос на ухо, но от этого не стал звучать менее угрожающе.

— Как подобает, — нашлась она с ответом.

А в следующий миг была прижата к его мощному и огромному телу с одной стороны, а с другой — к первому и ближайшему дереву. Она с трудом удержалась от болезненно вскрика, задев корой активно заживающую рану. Владыка навис над ней, довольно жестко схватив за подбородок и закинув её голову так, чтобы она смотрела ему в глаза, а с его ростом — это непростая задача. В его пылающие звериной яростью глаза.

— И как я должен относиться к такому обращению, а, драгоценная моя? — прорычал он ей в лицо, почти касаясь своими губами её.

Она дрожала в его руках. И эта дрожь сладостно отзывалась у Киртьяна внутри, но всё равно не могла побороть ту ярость, что он испытал от её такого сухого, холодного и официального обращения. Будто и не было между ними тех двух суток, проведённых в её постели, будто это не она стонала в его руках от наслаждения и дарила жаркие, полные страсти поцелуи! Он знал, что будет нелегко дожидаться её примирения с собственными чувствами, но не ожидал, что всё окажется настолько неприятно. Он позволил ей тогда сбежать из кабинета, позволил страху завладеть её душой, но в этот раз он не будет стоять в стороне и наблюдать, как она, под тяжестью своих глупых мыслей и предрассудков, отдаляется от него. Не после всего, что они вместе испытали. Силы! Да он за всю свою жизнь не ощущал ничего подобного. И острее всего было наслаждение как раз в тот раз, когда она полностью была в сознании. Он слышал, что близость со своей избранницей, истинной парой, не сравнится ни с чем испытанным до этого. А когда пережил всё сам, понял, что рассказы не отображают и сотую долю того наслаждения, которое овладело им в ту ночь.

Киртьян ощутил, как внутри начинает полыхать страсть, откликаясь на близость её тела, и ему стоило колоссальных усилий сдержаться и не дать ей волю. Губы покалывали от желания впиться в её соблазнительный ротик, покорить её, доказать ей, что она принадлежит ему…

— Я не понимаю причин твоей агрессии, — упрямо проговорила Рэйс. — Я обратилась к тебе, как и подобает эльран, а…

— Ты не эльран, моя сария, — тихо на ухо прошептал он, почувствовав, как она вздрогнула от этих слов. — Неужели ты думаешь, что в тот момент, когда я сделал тебя своей, я не ощутил запах твоей крови? Или, быть может, ты считаешь, что не распробовал на вкус ту каплю из твоей прокушенной губы? Ты чистокровный человек, прикрытый могущественными чарами, которые для всех делают тебя одной из нас. Но я теперь знаю правду.

Рэйс напряглась. Она замерла в его руках, не решаясь сделать даже вдох. Чего ждать от Владыки после такого заявления, она не знала. Почему-то в то, что он выдаст её, верилось с огромным трудом — хотел бы, давно бы рассказал, а не ждал все эти дни. Поэтому она и молчала, напряжённо ожидая продолжения его речи.

— Что? Даже не испугалась? — с иронией произнёс он, продолжая прижимать её к дереву.

— Я жду, — ответила она.

— Чего ждёшь?

— Твоих слов, чтобы начинать бояться. Пока что ничего из сказанного не впечатлило, — ровным голосом ответила она, но Кир прекрасно почувствовал неприкрытый сарказм.

— А тот факт, что я знаю о тебе правду, тебя не пугает… — и прозвучало это скорее, как утверждение, а не вопрос.