Читаем Путь эльдар: Омнибус полностью

Сюрикенные катапульты метали в цель смертоносные снаряды. Карадриэль увидел, как очереди из его орудий выбивают из дороги две параллельные струйки пыли, подбирающиеся всё ближе к баррикаде, а потом пробивают дерево и камни, словно те сделаны из папье-маше. Карадриэль поймал в прицел расчёт тяжёлого болтера. На его глазах людей разорвали сюрикены, как будто те попали в невидимую мясорубку, просто растворились в воздухе.

Когда атаковали товарищи Карадриэля, часть людей упала, хватаясь за обрубки конечностей, у других просто взорвались головы. Карадриэль стрелял до последнего, пролетая над позициями. Он увидел, как люди падали плашмя, хотя он летел значительно выше.

Гравициклы круто взмыли вверх. Карадриэля опять вдавило в сиденье, теперь уже силой притяжения, его глаза выпучились даже под шлемом. Он круто повернул налево, чуть не потеряв управление. Остальной отряд пронёсся мимо, не решаясь разрывать строй таким резким поворотом. Карадриэль скомандовал рассыпаться и атаковать по отдельности.

Этот заход был сложнее предыдущего. Карадриэль нырнул в море лазружейного огня. Заряды пролетали мимо с обеих сторон. Он маневрировал и уклонялся, зная, что его судьба теперь больше зависит от везения, чем от мастерства. Мысленно скомандовав орудиям гравицикла открыть огонь, эльдар обрушил на врагов смертоносный поток снарядов. Люди умирали, не успев понять, что их убило.

Краем глаза Карадриэль заметил, что Эйю подбили. Из пробитого корпуса его гравицикла тянулся шлейф тяжёлого чёрного дыма. Доспех эльдара был во многих местах оплавлен. Даже в падении он продолжал стрелять и ускоряться, целясь в самое крупное скопление врагов. Его гравицикл зацепил баррикаду и покатился по дороге в нескольких сотнях метров ниже. Карадриэль тихо помолился за душу Эйи. Такого падения никто не мог пережить.

За баррикадой Карадриэль увидел облака пыли, свидетельствовавшие о подходе других машин. Его острые глаза быстро увидели, что это «Носороги» с подкреплением. Не раздумывая, он приказал отступать и полетел назад по той же улице, по которой прилетел, всё время опасаясь получить между лопаток раскалённый лазерный заряд. Он не расслаблялся, пока не вывернул за угол, скрывшись из виду.

Эльдар дал машине отдохнуть, позволив ей опуститься почти до земли. Показались остальные члены отряда, которые притормозили и опустились, присоединившись к нему. Погиб только Эйя. Карадриэль уже составил план действий: они облетят здание и нападут с другого направления. У них был весь день на молниеносные атаки, которые, при удачном стечении обстоятельств, позволили бы им связать боем многократно превосходящие силы противника. Карадриэль быстро изложил свои мысли, ощущая поддержку товарищей. Вскоре они снова взлетели, на этот раз с мрачной целеустремлённостью.

День обещал быть долгим.

* * *

Тускло-красный свет солнца едва пробивался через грозные чёрные тучи, превращая огромные кварталы в гробницы и окрашивая окна в цвета крови. Повсюду среди руин разрушенного города было движение; прибывали эльдар. Стоя на высочайшей башне в городе, за ними наблюдал довольный провидец Карэдрон.

Он запахнул полы длинной плотной мантии, спасаясь от холодного ветра, и порадовался, что его глаза закрыты кристаллами шлема колдуна. Он сжал рукоять покрытого рунами ведьмовского клинка, верно служившего ему в сотне других войн. Разумом он ощущал влияние психических потоков, встревоженных присутствием Аватары.

В небе парили Пикирующие Ястребы, распластавшись на тёплых восходящих потоках. На его глазах они затеяли ужасную игру, устремляясь прямо на чёрные обгоревшие здания с пугающей скоростью. В самую последнюю секунду, когда Карэдрон уже был уверен, что они размажут мозги по пластонным стенам, они ловили восходящий поток ветра у стен и поднимались параллельно им. Карэдрон вздрогнул. С самого появления на этой опустошённой планете эльдар в её воздухе творилось полное безумие.

Так всегда и было, когда противником выступал Хаос. Древние первобытные чувства и страхи, давно вошедшие в разумы эльдар, выбирались на поверхность. Каждый воин чётко понимал, что после смерти его душа может быть пожрана богом демонов Слаанешем. Почему-то в такое время даже защита камня души казалась не очень-то надёжной.

И всё же Карэдрон гордился своим народом. Они прибыли сюда, чтобы сражаться за чужую планету, в войне, лишь косвенно влиявшей на жизнь мира-ковчега. Они прибыли, послушавшись Карэдрона и других провидцев, когда руны показали, что эта война была необходима, и они подчинились беспрекословно, безоговорочно положившись на видения провидцев.

Иногда Карэдрон задумывался об этом. Иногда, в мрачном расположении духа, он думал о том, что, возможно, есть и ещё одна причина, по которой эльдар так охотно идут за своими пророками на войну. Иногда он подозревал, что мирная жизнь на мире-ковчеге тяжким бременем висит на их плечах, что эльдар жаждали того экстаза, который может дать только война. Иногда он подозревал, что их многовековые жизни были отравлены скукой, и что они бы пошли на что угодно, чтобы избавиться от неё.