Читаем Путь эльдар: Омнибус полностью

В воздухе витало некое… возбуждение, как будто воины готовились к дню, который давным-давно предвкушали. Что ни говори, а кабал Иллитиана поддерживал своего архонта твердо, как скала. От этого Харбир ненадолго задумался об Иллитиане и его безжалостных амбициях. Может быть, архонт Белого Пламени действительно был продуктом своей среды; возможно, именно она сделала его настолько безумным и алчным до власти, что он решил вступить в поединок умов с верховным властелином.

+Ниос Иллитиан взобрался на вершину своего дома по телам убитых братьев и сестер. Ничего ему не навязывали — это он сам делал все возможное, чтобы добиться могущества.+

Сухой шепот Анжевер снова проник в его разум. Он звучал педантично и сердито. Она до сих пор не простила Харбира за то, что тот нарушил ее дурацкий сценарий и непреднамеренно пригласил Иллитиана спуститься вместе с ними в лабиринт Черного Схождения. Теперь, вместо того, чтобы иметь власть над событиями, они могли лишь плыть в их потоке — каковой воплощали собой четверо воинов Белого Пламени, столь решительно ведущие его в нутро крепости.

+Ты вообще хоть что-нибудь знаешь о Черном Схождении? Не беспокойся, по твоей пустой памяти я и так вижу, что нет. Разумеется, ты едва ли что-то знаешь о гемункулах и их ковенах в целом, не так ли, дитя? Я порой забываю, какой ты на самом деле юный и бедный.+

Харбир вздохнул про себя. Он уже, к своему разочарованию, обнаружил, что не мог заблокировать голос Анжевер или хотя бы отвечать ей посредством собственных мыслей. Возможно было говорить с ней вслух, но он не мог этого делать, пока находился под надзором воинов Иллитиана. Его постоянно изводило незримое привидение, которое получало удовольствие от поиска недостатков во всем, что он делал. И, что самое неприятное, он не мог просто бросить ее и покончить с этим. Анжевер воплощала единственную оставшуюся у него слабую надежду на возвращение старого тела и месть Беллатонису, какой бы малоубедительной она ни была. Он не хотел и думать о том, что может на всю оставшуюся жизнь застрять в разномастной сброшенной шкуре Беллатониса. Харбир осознал, что его фантазии о возмездии начинают расширяться и теперь включают в себя вдобавок Иллитиана и Анжевер. Он изо всех сил попытался скрыть от колдуньи эту конкретную мысль.

Они добрались до конца ступенек и вышли в пространство, пронизанное кривыми коридорами с сырыми стенами, сочащимися потеками влаги. Анжевер продолжала шептать, пока они двигались по коридорам, и против воли вбивала знание в его голову.

+Гемункулы существовали в Комморре еще до Падения. Можно сказать, что город породил их, и что гемункулы, в своем роде, сделали вклад в уничтожение эльдарской расы, но у этого преступления и так слишком много подозреваемых. Незадолго до Падения эльдары стали разрозненным народом. Они разделились, потому что осознали, что их могущество практически бесконечно. Их культура и технология достигли пика, столь высокого, что они уподобились богам. Одной своей волей они могли созидать или разрушать. Осознание этой силы привело к великому расколу, ибо одни приняли ее, в то время как других она отталкивала.+

Воины и ведомый ими Харбир спустились по лестнице в недавно осушенную цистерну. К стенам и полу этого ничем не украшенного, пустого кубического пространства льнула зеленая слизь. У подножия лестницы эти четверо остановились и просто стояли, выжидая, фактически заточив Харбира между собой. У того возникло неприятное, тошнотворное чувство, что они вели его всю дорогу просто для того, чтобы казнить в каком-нибудь тихом и отдаленном месте.

Раздался треск, и круглый участок пола начал уходить вниз, разделяясь на аккуратные сегменты, так что получилась спиральная лестница. Из отверстия просочился тусклый желтый свет и бормотание голосов, которые быстро умолкли. Харбир и его охранники спустились в грубо высеченную в скале комнату, уже наполненную десятками воинов, каждый из которых носил символ Черного Сердца. От этого зрелища Харбира до костей пробрало холодом — члены принадлежащего Векту кабала были здесь, в самом сердце крепости! Но потом он улыбнулся собственной глупости. Да, это была хитрость, но не та, о которой он сначала подумал.

+Да, они — последователи Иллитиана. Они носят знак Векта в надежде, что смогут обманом пробраться мимо передвигающихся вокруг патрулей Черного Сердца. Не обращай на них внимания и слушай меня. То, что я хочу тебе сказать, очень важно и повлияет на твои шансы выжить при встрече с Черным Схождением.+

Большую часть одной из стен помещения занимала круглая дверь, похожая на люк, в других трех виднелись узкие проходы. Оживление, вызванное прибытием Харбира, вскоре утихло, спиральная лестница беззвучно поднялась вверх и снова слилась с потолком. Воины в комнате были облачены в доспехи и вооружены до зубов. Харбир отметил, что преобладало необычное, более тяжелое переносное вооружение. Судя по всему, они особенно предпочитали тупоносые моноволоконные шредеры и бластеры, стреляющие темным светом.