Читаем Путь эльдар: Омнибус полностью

Глаза Ситрака вспыхнули холодным пламенем, он кивнул в знак понимания и повернулся, чтобы уйти. Архонт кабала Черного Сердца был безжалостным охотником. Его любимым спортом было выслеживание душ, знаменитых и даже легендарных среди рабских рас — героев, лидеров, филантропов, целителей, воинов. Ситрак находил их всех и забирал в плен их души, чтобы рабские расы всегда знали, что их величайшие достижения — всего лишь сноски в истории, которую диктует темный город Комморра. Малейшей царапины от смертоносного иссушающего клинка Ситрака было достаточно, чтобы обратить тело жертвы в прах. С уничтожением бренной оболочки душа добычи оказывалась беззащитной перед ненасытными духовными ловушками архонта, и они поглощали ее. Внутри доспехов Ситрака были заточены сотни, а возможно, и тысячи душ, и сложные биогармонические устройства брони преобразовывали их похищенные энергии, чтобы омолаживать древнее тело архонта. Теперь же Ситрак был твердо намерен посвятить свои силы неутомимому преследованию тех, кто подверг опасности его дом.

Леди Малис сохраняла молчание, пока Ситрак не ушел достаточно далеко, чтобы не слышать ее. Она задумчиво рассматривала двоих Вектов, пытаясь понять, кто из них — фальшивка. Говорил только тот, что сидел на троне, но это само по себе ничего не значило. Весь смысл Калеки заключался в том, что он мог безупречно изображать из себя оригинал. Эти двое, видимо, почуяли ее нерешительность, и злобно улыбнулись ей.

— Я вижу, у тебя тоже есть вопрос, — сказал стоящий.

— Это яснее ясного написано на твоем смазливом личике, — сказал сидящий на троне.

Малис оставила попытки догадаться и попросту обратилась к обоим сразу.

— Я собиралась спросить, почему ты пригласил меня и Валоссиана вместе. Но я поняла, почему, когда ты говорил с ним — это просто ради того, чтобы архонты снаружи продолжали гадать, так ведь? Ты будешь принимать их всех попарно, чтобы они опасались строить заговоры, потому что ведь ты, очевидно, сам что-то замышляешь. Ты действительно не можешь сдержаться. Это для тебя ведь так естественно.

Асдрубаэль Вект, стоящий рядом с троном, безразлично пожал плечами, в то время как сидящий улыбнулся и небрежным тоном сказал:

— Дорогая моя, нельзя править Комморрой шесть тысячелетий, не собрав при этом множество жемчужин мудрости. Одной из них я поделюсь с тобой задаром — по крайней мере, пока что — простые меры предосторожности стоят мало, а порой дают огромный урожай. Ты должна научиться этому и помнить, что, как и кристаллы в этой комнате, Асдрубаэль Вект, которого ты видишь перед собой — лишь одна-единственная сторона многогранной сущности.

Малис продолжала отстраненно улыбаться, мысленно исследуя слова Векта. Он мог подразумевать, что оба ее собеседника — двойники, и что настоящий Вект находится где-то еще, строя с другими силами планы, как отвоевать город. Точно так же Вект мог просто пытаться выбить ее из равновесия, закладывая семена сомнений в ее разум. Для верховного властелина махинации были такими же естественными, как употребление пищи и дыхание — для других. Так или иначе, Вект успешно диктовал, в каком направлении будет развиваться их встреча, и она чувствовала, что должна этому противостоять. Может быть, ей даже удастся вытрясти немного полезной информации из этого старого чудовища.

— И все же эта многогранная сущность не знает, кто вызвал Разобщение? — с поразительной дерзостью парировала она. — Мне кажется удивительным, что твои вездесущие шпионы так скверно подвели тебя.

Она знала, что, говоря таким тоном с Вектом, ставит на кон собственную жизнь, но была готова поспорить, что верховный властелин захочет поиграть с ней еще хотя бы немного. Сейчас на его плечи должна тяжко давить судьба города, так разве могла повредить небольшая словесная дуэль со старой пассией?

Вект, стоящий рядом с троном, зашипел в ответ на ее вызов, в то время как сидящий на миг снисходительно улыбнулся и встал. Они поменялись местами — тот, что сидел, теперь встал за троном, а другой уселся. Малис почувствовала себя так, словно наблюдала за салонным фокусом шарлатана, разыгранным как какой-то странный перформанс.

— Ты удивишься тому, что мне известно, — ровным голосом сказал ныне занимающий трон Вект. — Достаточно будет сказать, что есть кое-какие сложности, выходящие за пределы того, что необходимо знать верному и прямолинейному Валоссиану Ситраку, чтобы сделать свою работу. Те, кто ответственен за это Разобщение, получили помощь извне. Также им в равной степени помогли огромная удача и крайний оппортунизм.

— Это все звучит опасно близко к оправданиям, Асдрубаэль, или же ты просто пытаешься напустить таинственности и на меня?

— Я даю тебе ту немногую информацию, которая тебе нужна, чтобы сыграть свою роль по моему повелению, — сказал стоящий Вект, как будто обращаясь к непослушному ребенку.

— Так значит, ты присовокупишь к ней имена тех подозреваемых чужаков, которые приложили руку к ранам, нанесенным нашему возлюбленному городу, — ответила Малис. — Мне нужно будет высматривать их, не так ли?