Читаем Путь эльдар: Омнибус полностью

Ниос уставился на зеркальную поверхность активного портала, как будто та могла выдать, что находилось за ним. Ходили слухи, что Исклит глубоко погружался в тайны запретного колдовства, которые привели его к падению. И даже сейчас оставалось возможным, что Ниос, ослепленный и обманутый, покорно идет к собственной гибели. Как демонстрировал пример Исклита и остальных, Вект особенно любил избавляться от врагов при помощи их же высокомерия. Но Ниос Иллитиан был очень осторожен и использовал лишь самые тайные источники, самые окольные пути, чтобы найти информацию, от которой теперь зависела его жизнь. Все хитроумные проверки и перепроверки показывали, что здесь не было никаких несоответствий или признаков ловушки.

Портал, бесспорно, вел в проклятый Шаа-дом, и у архонта был психически заряженный опал размером с кулак, который должен был привести его к тому, кого следовало найти. Указ тирана запрещал вход в Шаа-дом, и даже упоминание этого места было преступлением. Однако это было необходимо для следующей стадии заговора, который он так долго планировал. Когда он войдет в портал, пути назад уже не будет. Оставалось лишь надеяться, что ему хватит сил пережить те ужасы, что скрывались в проклятых залах Шаа-дома. По такому случаю Иллитиан облачился в угловатые черные доспехи, в которых обитал маленький, но свирепый дух войны. Он был достаточно умен, чтобы по команде выпускать мономолекулярные лезвия или играючи отсечь покалеченную конечность, чтобы спасти жизнь своему хозяину. Пока что доспех не был ничем украшен. Шлем архонт не надел из тщеславия. Он вытащил длинный тонкий клинок, способный резать камень, собрал всю свою отвагу и шагнул в портал.

Сначала Ниос ощутил, что ему холодно и он не может дышать, через миг чувство сменилось на влажную жару. Выйдя из арки, он оказался на краю широкого проспекта. Плиты мостовой почернели и растрескались, декоративные деревья и статуи превратились в скрученные скелеты, как будто мучительно впивающиеся когтями в пасмурные небеса. За выжженным пейзажем Ниос чувствовал эпицентр катаклизма, постигшего Шаа-дом. Он знал, что там находится разлом, где все еще горит противоестественный огонь, порожденный давней катастрофой. Скверна варпа пропитывала воздух, сама реальность ощущалась болезненной, грязной. Легкая дрожь, с которой Та, что Жаждет, медленно высасывала душу, всегда чувствовалась даже в Комморре, однако там она находилась под контролем. Здесь же это чувство проносилось сквозь Ниоса, будто порывы ветра, и холод пробежал по его спине, когда он понял, что умрет, если останется здесь надолго. Он счел Коготь Кириикс ужасным, но это была детская игрушка, рабское подобие в сравнении с Шаа-домом.

Таков был кошмар, созданный великим тираном, когда тому бросили вызов. Он использовал свое невероятное могущество не для того, чтобы возвеличить эльдаров, но для их уничтожения, которое лишь приводило всю расу ближе к забвению. Много поколений назад процветающее царство-сателлит Шаа-дом слишком возгордилось, чтобы Асдрубаэль Вект мог присмирить его своим авторитетом, и стало слишком сильным, чтобы запугать его. Когда Эль’Уриак, архонт всея Шаа-дома, собрал свои войска и объявил себя императором, Вект прилюдно поклялся, что все в Шаа-доме почувствуют лезвие его меча, и не солгал. Он подверг геноциду и без того вымирающую расу.

Ниос осмотрел гладкий драгоценный камень, который крепко сжимал в руке. Внутри него как будто по воле призрачного ветра подрагивали и метались светлые пятнышки. С мучительной медлительностью они слились в одну большую искру, которая уверенно поплыла к одной грани камня и осталась там. Ниос устремился в указанном направлении, вдоль по проспекту, время от времени с хрустом наступая на кучки хрупких костей, жалкие останки вдов и сирот, которые погибли уже после возмездия Векта.

Легенды гласили, что, услышав угрозу Векта, Эль’Уриак посмеялся над ней. Его войска были хорошо вооружены и превосходили в числе армии его противника. Немногие иные кабалы готовы были сражаться за тирана, но много было тех, что тайно послали своих эмиссаров к Эль’Уриаку. Император Шаа-дома вернулся к своим планам по завоеванию Комморры, уверенный, что любая атака, которую предпримет Вект, только сыграет ему на руку. Через несколько дней появился меч Векта — горящий, неуправляемый космический корабль, который внезапно вырвался в реальность над Шаа-домом.