Читаем Путь эльдар: Омнибус полностью

Это было мучительным опытом для Тирианны, которая пребывала в самом центре разрушений, словно сидела на колеблющихся серебряных чашах весов Мораи-xег, сравнивающих один исход с другим. Автархи постоянно задавали вопросы, требуя подробностей о силах, которые будут задействованы людьми, типах их оружия, тактике, которую они применят. Каждой детали было уделено внимание. Воинство Алайтока было смертоносным, но специализированным — каждый отряд аспектных воинов, каждый танк и бронетранспортер, каждый титан и корабль будут играть свою роль на сплетающемся великом полотне. Если какая-то нить окажется слишком слабой, вся вязь распустится.

Архатхайн, ветеран-командующий и герой Алайтока, предложил провести стремительную контратаку, навязать сражение противнику раньше, чем он достигнет искусственного мира. Провидцы, изучив последствия такого удара, выступили с возражениями.

"Слишком мало воинов", — такой ответ получил автарх. Имперский флот, направляемый против Алайтока, справится с любыми потерями, а оставшихся аспектных воинов не хватит сил, чтобы продержаться. Видя, что вторжение неизбежно, командуюшие начали рассматривать альтернативные варианты. Что будет выгоднее — яростно сражаться за каждый клочок пространства, или пожертвовать часть территории врагу ради стратегического превосходства? Здесь предсказания были более обнадеживающими. Сплетение показало, что Имперских сил будет достаточно для того, чтобы прорвать орбитальную оборону, но не хватит для контроля больших площадей. Оккупация Алайтока была невозможна, угроза затяжной войны миновала.

Удовлетворенные этим автархи продолжили изучать дальнейшие потенциальные стратегии. Воинство было гибкой, мобильной военной силой, способной ударить и отступить, постоянно атаковать, полагаясь на скорость, дезориентируя противника. Если удастся избегать лобовых столкновений, то эльдар будут постепенно истощать силы захватчиков.

Следующее видение поразило Тирианну. Огромные пространства Алайтока лежат в развалинах. Купола разрушены, переходы завалены трупами. Хрупкий экологический баланс пошатнулся, пустыня воцарилась в лесных куполах, террасы и виноградники превратились в болота, парки и сады обернулись дикими зарослями. Сеть бесконечности стала слабой, она дрожала, прерываясь. Однако эльдар выжили, оставшись в достаточном количестве для того, чтобы все восстановить и построить заново. Со временем искусственный мир воспрянет, и хотя большая часть поколения будет потеряна, Алайток возродится из пепла вторжения, подобно фениксу Азуриана, его сила уменьшится, но не уйдет.

Изнуряющая работа продолжалась, эльдар оттачивали стратегию на протяжении нескольких циклов. Провидцы приходили и уходили, выбирая распорядок по своей выносливости, добавляя свою силу к колдовству, когда могли, отдыхая и восстанавливаясь, когда истощали свои резервы. Несколько раз Келамит отправлял Тирианну домой, видеть сны, наполненные фланговыми ударами и отвлекающими маневрами, воздушными атаками и космическими сражениями.

План вырисовывался постепенно, словно оркестровка великого композитора. Aвтархи пристально изучали видения провидцев, направляя их на зоны неопределенности, собирая ресурсы искусственного мира для устранения угроз, появлявшихся в каждом предсказанном сценарии.

Итоговый консенсус частью родился из военной стратегии и частью — из соблюдаемых на Алайтоке обычаев. Война принесла слишком большую нестабильность в сплетение, чтобы можно было отследить любой исход, и, несмотря на все усилия Тирианны и остальных ясновидцев совета, не существовало гарантий, что то или иное событие произойдет. План состоял из перекрывающихся слоев и учитывал различные случайности, предписанные реакции на успехи и неудачи; он был столь же гибким, как и само воинство. Каждая составляющая часть победы и поражения была проанализирована, выстроены соответствующие стратегии действий.

Даже после стольких усилий, лучшее, на что могли надеяться автархи, был только шанс на победу. Они не могли подготовиться более тщательно, но случайности или, может, судьба по-прежнему будут играть значительную роль в грядущих битвах. Победа не была гарантирована, и уж точно далека от свершившегося факта. Исход сражения зависел от великого множества вещей, свершения которых желали эльдар.

За это время Тирианна многое узнала о людях и их искусстве войны. Через образы в сплетении она видела парадокс их природы. С одной стороны, люди были примитивными и предсказуемыми. Они не отличались изяществом, предпочитали утонченности грубую силу. Полная уверенность в том, что лобовая атака сметет всё, что эльдар смогут им противопоставить, была самой большой слабостью людей. Их легко заманить в ловушку, направить к нужной позиции, заставить вступить в бой на выгодных для эльдар условиях. Ксенофобия людей, кредо самоуничижения и жертвенности приведут их только к погибели, к битвам, где у них не будет даже шанса победить, хотя они всё равно будут сражаться из слепого рвения и надежды.