Читаем Путь Дзэн полностью

всей его обстановке нет ничего отвлекающего. Это длинное помещение с широкими

низкими помостами у обеих стен, на которых монахи и спят, и медитируют.

Помосты покрыты татами, толстыми соломенными циновками, и монахи сидят на них, образуя друг против друга два ряда. Царящую тишину скорее подчеркивают, чем

нарушают случайные звуки — шум, доносящийся из ближайшего селения, перезвон

колокольчиков из других помещений монастыря, щебетание птиц на деревьях. В

остальном — ничего, кроме холодного и чистого воздуха и “древесного” аромата

воскуряемых благовоний.

Большое внимание уделяется физической позе дза-дзэн. Монахи сидят на твердо

набитых подушках, скрестив ноги и положив вывернутые носки ног на бедра. Руки

опущены на колени, левая поверх правой, ладонями вверх, большие пальцы рук

касаются друг друга. Туловище выпрямлено, но не напряжено, глаза открыты, и

взгляд их падает на участок пола впереди, на расстояние в несколько дюймов.

Дыхание равномерное и замедленное, без напряжения, с подчеркнутым выдохом; это

дыхание скорее животом, чем грудью. Благодаря ему центр тяжести тела

опускается в брюшную полость и все тело приобретает устойчивость и как бы

сливается с землей, на которой оно покоится. Медленное, легкое дыхание животом

воздействует на сознание подобно мехам и

231

придает ему спокойную незамутненную ясность. Начинающему для того, чтобы

привыкнуть к сидению, рекомендуют ничего не делать, а только считать свои

вдохи и выдохи — от одного до десяти — и так бесчисленное число раз, пока пока

состояние сидения без комментариев не станет простым и естественным.

Монахи сидят, а два служителя медленно ходят вперед и назад по проходу между

помостами, держа в руках кейсаку, или “палку предупреждения”, закругленную с

одного конца и плоскую с другого, символ меча праджни Бодхисаттвы Ман-чжушри.

Стоит им заметить, что какой-то монах засыпает или сидит в неправильной позе, как они останавливаются перед ним, отвешивают ритуальный поклон и бьют его по

плечу. Говорят, что это не “наказание”, а “бодрящий массаж”, призванный

оживить занемевшие плечевые мускулы и вернуть сознание к бдительности. Однако

монахи, с которыми я обсуждал этот обычай, говорили о нем с той же гримасой

комического отвращения, которая обычно возникает на лицах при разговоре о

телесном наказании в закрытых мужских пансионах. И одно из правил содо гласит: “Во время утренней службы тех, кто дремлет, следует строго наказывать с

помощью кейсаку”.

__________

[78, с.99]. В правилах также говорится: “При наказании кейсаку покорно сложи