Читаем Путь домой полностью

Уже на улице он пожалел о своем саркастическом замечании. Гарвардец, каким бы важным не казался, разумеется, очутился здесь по той же причине, что и Мандин. Он не унаследовал адвокатскую практику в одной из гигантских корпораций, и дорога туда ему была навеки заказана. Даже шлифовка в Гарвардской юридической школе не позволяет стать членом семьи Рутов, Линкольнов или Далласов. Не для гарвардца и не для Чарльза Мандина лучшие адвокатские места в промышленности, в рассмотрении гражданских дел или тяжбы между акционерными обществами. Не для них тресты и комитеты по защите собственности. Не для них золотой дождь, который падает на тех, кто выступает перед состоящими из людей комиссиями и судами по делам об опеке, судьями-людьми и присяжными-людьми. Для них — присяжный компьютер и мелкие уголовные дела.

Угрюмая прогулка по знойным, ухабистым улицам привела Мандина в здание, где находилась его квартира. Когда он увидел краткую надпись у входа, его глаз стал дергаться: «Агенты по аренде сожалеют, но не могут предложить свободные места в помещении». Мандин надеялся, что к его конторе это не относится.

Из головы не выходил первый клиент, воришка. По крайней мере, будет гонорар. За дела, по которым назначается кондиционирование, положен гонорар. Вор был повергнут в ужас при одной мысли, что не сможет красть. Возможно, защитник Мандин сам будет доведен до такого состояния, что станет с крючком у стены в очередь к окошку билетной кассы стадиона «Монмаунт».

Или дойдет до крайней степени отчаяния и обнаружит себя среди участников Дня Состязаний.

Почтовый бункер был пуст, но Бессонный Секретарь привлек внимание своим подмигиванием. Опять агенты по найму? Торговцы юридической литературой? Может быть, даже клиент?

— Валяй, — произнес Мандин.

— Телефонный звонок в 12:05, - чеканным голосом заговорила машина. — Мистера Мандина нет, мадам. Если желаете, оставьте сообщение.

Послышался голос Дворкаса:

— Кого это, черт побери, сестричка, ты называешь «мадам»?

Секретарша пробормотала нечто нечленораздельное, не забыв в конце вставить «сэр».

— Что за черт… — начал было с досадой Дворкас, но тут же спохватился. — О, это, должно быть, одно из этих паршивых устройств! Послушай, Чарли, я послал к тебе одного парня по фамилии Блай. Обращайся с ним поласковее и позвони мне. И пусть починят эту чертову штуку, не то пострадает весь твой бизнес, уж поверь мне.

Сделав некоторую паузу, секретарша сказала:

— Это конец вашего сообщения, мадам?

— Чтоб у тебя все микросхемы погорели! — взорвался Дворкас. — Перестань же, наконец, называть меня «мадам»!

Секретарша снова залепетала что-то невразумительности послышался щелчок отключения.

Прекрасно, подумал Мандин. Теперь Дворкас будет на него дуться, и с этим ничего нельзя поделать. Путаница секретарши в отношении пола собеседника и детский лепет не входили в контракт по обслуживанию.

Дворкас был председателем окружного комитета и распределял мелкие поручения среди способных молодых юристов.

Пока он поносил Дворкаса и продавца, который подсунул ему секретаршу, захлопала труба пневмопочты. Он нетерпеливо выудил письмо из бункера, но, увидев обратный адрес, швырнул его в сторону не распечатав. Корпорация по реализации научных инвестиций вряд ли могла сообщить что-нибудь интересное. Он знал, что задолжал ей, но понимал: по закону она не в состоянии применить какие-либо суровые санкции.

Делать было абсолютно нечего, пока не придет этот Блай или кто-нибудь из конторы Шерифа. Жизнь адвоката не так уж и плоха, чеши себе языком перед машинами, которые тайком считают себя гораздо умнее.

Бессонная Секретарша подала голос:

— Насколько мне показалось, мадам… а может быть, сэр…

Мандин разъяренно лягнул этот чертов электронный ящик. В нем тут же что-то заскрипело, но голос стал более вразумителен.

— Мистер Мандин, в приемную вошел какой-то джентльмен.

— Проходите! — крикнул Мандин, глядя на дверь. Затем произнес спокойнее: — О, извините меня, мистер Блай?

В кабинет осторожно вошел незнакомый мужчина. Мандин отметил, что незнакомец пользуется слуховым аппаратом, при этом он слегка наклонял голову.

— Верно, — произнес мужчина. — Я Норвел Блай. Я… э… просил мистера Дворкаса, чтобы он порекомендовал мне первоклассного юриста, и он… значит… посоветовал обратиться к вам…

— Чем могу быть полезен? — равнодушно поинтересовался Мандин.

— Моя жена… это… то есть, я хотел бы получить кое-какую информацию об удочерении. Видите ли, у меня есть падчерица — дочь моей жены от первого брака, а моя жена, значит, считает, что нам следовало бы… э… мне следовало бы удочерить ее.

Вот так старина Дел Дворкас, со злостью подумал Мандин. Он же прекрасно знает, что я занимаюсь только уголовными делами, а все равно суется…

— Извините, мистер Блай, но я ничем не могу вам помочь. Вам нужно поискать адвоката по гражданским делам.

Блай прикоснулся к регулятору слухового аппарата.

— Прошу прощения?

— Я сказал, — громко и отчетливо произнес Мандин, — что не могу взяться за такое поручение.