Читаем Путь Человечества полностью

Повесив рацию обратно на грудь, мужчина посмотрел на груду обломков, что раньше была мегабашней. Уродливый шедевр зодчества конца двадцать первого века была уничтожен под самый конец войны, утянув с собой несколько тысяч человек, что скрывались в его бетонном нутре.

— Ей, Карл! — окликнул бригадира один из простых рабочих, — Что сказали?

— Как обычно, ожидать санитарной команды, — пожал плечами Карл, — пока ждём, продолжаем расчистку окрестностей, сканеры органики всё ещё работают?

— Да, всё норм. Правда Дженни обещала разорвать меня на части, если ещё раз попробую привлечь её к перетаскиванию обломков.

— Мисс Нотт здесь для сложной и деликатной работы, — поучительно произнёс Карл, — а не для того, чтобы такие как ты прохлаждались. Или ты снова «пролил» топливо при заправке, — с лёгкой угрозой в голосе спросил бригадир.

— Нет, что ты, ни капли мимо! — тут же начал оправдываться рабочий, — Просто пока технику подведёшь, пока обломок зацепишь, а она раз и всё готово.

— Вот только она, в отличие от твоей машины — не может работать 24/7, только топливо подливай. Да и вообще, мисс Нотт — боевой офицер Цербера, а не погрузчик в компактном исполнении.

— Ну да, — почесал затылок рабочий, отчего из его шевелюры посыпалась бетонная пыль, — но теперь то… в смысле… а Цербер то теперь нужен? Если ксеносы где-то и остались, то только в дохлом виде, и кроме нас, людей, в галактике больше никого не осталось.

— Цербер будет нужен всегда, — твёрдо заявил Карл, — и ксеносы не кончились. Если бы ты побольше читал, а не рассматривал интересные картинки на планшете, то знал бы, что только сейчас обнаружены три вида ксеносов, причём один из них уже вступил в космическую эру и даже вступил в контакт с представителями Цитадели.

— Неужели ты думаешь, что правительство Альянса примет их с распростёртыми объятьями? — удивился рабочий.

— Пусть война и вычистила эти авгиевы конюшни, но мы не знаем, что будет дальше. Может наши политиканы попробуют создать свой аналог Цитадели, где все расы галактики будут жить в «мире и гармонии», — сплюнул Карл, — и тогда Цербер вновь встанет на защиту человечества.

— Блин, а ведь они могут, особенно учитывая то, что куча ксеносов сейчас плавают в чанах для клонирования. Чёрт, а ведь они могут в будущем влиять на решения Альянса!

— Вот и я о том же, — кивнул Карл, — но всё же буду надеяться на лучшее, а сейчас… У нас ещё много работы, так что хватай свою ленивую задницу и тащи её в погрузчик, вон, санитары уже приехали.

Дождавшись, пока рабочий вернётся в технику, Карл посмотрел на спускающийся с небес транспорт. Сейчас начнётся опознание трупов, фотофиксация и его самое нелюбимая часть — утилизация. Нет, он прекрасно понимал, что кроме полевой кремации другого выхода сейчас нет, слишком много мертвецов они обнаруживают каждый день, но этот запах… А ведь он поначалу радовался, когда смотрел на кадры работы крематориев, где тысячами сжигали ненавистных ксеносов и даже осознание того, что скоро эти… получат человеческие тела не сильно его расстраивало. Сейчас же, сгорающие в жарком пламени трупы, неважно кого, вызывали ничего кроме вселенской усталости.

Но он — офицер Цербера и он поклялся защищать человечество от любых угроз, не важно, инопланетных или тех, что люди могут создать себе сами. Это его долг, и его крест. Навсегда.

* * *

— Что скажете? — молодая девушка человеческой расы, немного неуверенно указала на большой экран.

— Даже не знаю, — ответил ей мужчина, чьи пальцы двигались исключительно попарно, — вроде мы победили в последней войне, а вроде и проиграли.

Кадры мёртвых миров угнетали. Ещё недавно там, где бурно кипела жизнь осталась лишь пустота. Мёртвые миры, чьё население вымерло. Руины цивилизаций, чьё существование исчислялось тысячами лет. Всё было уничтожено в течение полугода.

— Сейчас, — сказал третий мужчина, — сейчас мы должны бросить все силы на разработку вакцин, чтобы в будущем…

— Что? — иронично спросила бывшая азари, — Чтобы что? Медленно и упорно возрождать наши расы, вновь биться за передел влияния и… вернуться к тому, что было?

— А ты предлагаешь смириться? Раствориться в человечестве, что явно как-то причастно к произошедшему? — взъярился бывший саларианец, отведя взгляд от кадров с мёртвыми яйцами.

— Другого выбора у нас всё равно нет, — покачал головой бывший турианец, состроив гротескную гримасу, — сколько нас осталось? Процесс записи прошли всего шестьсот тысяч турианцев, четыреста азари и полмиллиона саларианцев, это всё что осталось от наших народов. Даже если изолироваться и бросить все силы на создание вакцины — как поступят люди?

— Согласна, — поддержала коллегу азари, — люди, пусть и весьма в странной форме, но помогли нам и если сейчас мы отстранимся от общих дел… боюсь результат может быть непредсказуем. Мы слишком уязвимы.