Читаем Путь полностью

И тут случилось чудо — сморчок превратился в вихрь. С достойной зависти скоростью приволок целую охапку курток, штанов, поясов. А еще всяческих перевязей, ремней, и другой кожаной мелочи. Вот теперь я действительно почувствовала себя удовлетворенной. Бедняги Охотники, вам еще придется посидеть некоторое время в затхлом сарае. Отобрав для примерки стопку, ушла за навес со сбруей. Итак: брюки толстой, хорошо выделанной и потому ладно скроенной кожи, рубаха серого грубого полотна — широковата, конечно, ну да ладно, главное, под горло; один ремень на пояс, второй под ножны. Жилет коротким мехом внутрь, на двух завязках. Куртка длинная, мягкой кожи, с множеством застежек, с капюшоном, правда, не островерхим как у Охотников, но оно и к лучшему — незачем иметь вид того, чем не являешься. С шикарнейшим мехом по вороту. Немного подумав, прихватила широким коротким ремнем правое запястье и примотала ремешок на левую лодыжку, в совершенно непонятной уверенности, что именно здесь должно носить нож «на всякий случай». Рассматривая результат, с долей раздражения отметила, что кое-что, забытое наяву, еще живет в глубине. Привычки, к примеру.

Когда некоторое время спустя, почти счастливая, выходила из-за кучи седел, Рэм говорил:

— … ещё охотничьи ножи, и сапоги на неё.

Сморчок, переставший быть таковым, исчез мгновенно. Росни присвистнул. Я стояла, ожидая, они молчали.

— Ну? — Поторопила. — Что скажете?

— Даже не знаю, девушка, даже не знаю… — протянул Рэм.

— Не сидит на мне, что ли?… — Удивилась, рассматривая чудные застежки на рукавах.

— Слишком. — Еще чуднее возразил Рэм. — Слишком хорошо сидит.

— Женщины не носят мужской одежды, даже воины в походе. — Пояснил Росни, нехорошо кривя губы. — А уж тем более с такой сноровкой.

— Не знаю, куда ты клонишь… — Начала, было, я, но тут явился Сморчок еще с одним мужиком.

Они притащили два тяжеленных мешка, в которых оказалось столько интересных вещиц, что про склоку тут же забылось. Ножи немыслимых форм и размеров, наконечники для стрел — более десятка разнообразных форм, всяческие фляжки, коробочки, накладки… Просто перечислять, и то долго. Разложив свое добро на лавке, мужик, который, судя по ожогам на огромных лапищах был кузнецом как минимум, выжидательно уставился на Охотников. Те, в свою очередь дружно склонились над лавкой, негромко переговариваясь. Впрочем, ожидание не затянулось долго. Рэм придирчиво разглядывал, ссыпал наконечники для стрел в специальный мешочек. Из кучи остального Росни решительно выбрал несколько предметов, прищурясь, оценивающе смерил меня взглядом, и добавил еще один: нож устрашающего вида в деревянных, не лишенных изящества, ножнах.

— Это. — Лаконично пояснил Охотник. Тот, что наверняка был кузнецом, неспешно сложил остальное в мешок, и, степенно поклонившись, ушел. Росни поторопил: — Надевай сапоги, девушка. Мы и так задержались здесь больше, чем рассчитывали.

На прощанье Мерман сунул мне в руки сумку, абсолютно такую же, как у Росни, довольно плотно набитую. Я улыбнулась, закидывая ее на плечо, но раскрывать сразу не стала. Все равно не знаю, что именно должно там находиться.

Покидая деревню, ощущала себя несравнимо комфортнее, чем входя в нее. И еще более растерянно. Посещение «»людного места«» ничего не изменило в лучшую сторону, только усложнило отношения с Охотниками. После того, как вышла к ним переодетой, они совсем перестали разговаривать со мной, если и обращались, лишь строго по делу. Невольно чувствовала себя виноватой, хоть и не знала, в чем.

Я догадывалась, что едва мы останемся одни, меня начнут расспрашивать, причем заранее предполагала, что ответить на всё не смогу. Оборот, в который меня взяли, превзошел самые мрачные ожидания. Допросом выматывали до вечера, но не думаю, что смогли многого добиться.

— Итак, — подвел итог Рэм, поигрывая веткой. — Твое появление в лесу необъяснимо, поскольку никаких следов вокруг просто нет — ты словно свалилась с неба, при этом ничуть не поранившись. Свет, что сиял всю ночь как раз у того места, всполошил всю округу…Ты не надменна, но горда. Внешностью не похожа ни на кого, из известных мне племен. Не жалуешься, но плачешь от боли. Совершенно не приспособлена к самостоятельности. Не боишься змей, предпочитаешь мужской походный костюм нарядам горожанок. Что я еще забыл? Ах, да, еще ты ничего не помнишь о себе, никогда не жила в деревне; заметь, притом, что не боишься леса, умудришься заблудиться в небольшой рощице; и млеешь от хорошего оружия, не отпирайся! То есть: появление твое сопровождали, конечно, особые обстоятельства, но сама ты не подходишь ни под какие известные мне пророчества, а я, заметь, знаю их немало. Ты совсем необычная личность, Девушка Без Имени.

Три заглавные буквы вряд. Будь я не настолько усталой, это послужило бы поводом к серьезным дебатам. Сейчас только поморщилась, втягивая голову поглубже в воротник. Костер приятно согревал, но к ночи ощутимо похолодало, меня пробирал озноб.