Читаем Путь полностью

Мне хотелось знать, кто накладывал повязку на спину — под рубашкой. Но не хотелось спрашивать.

* * *

— А говорили, девки от гномов не родются… — Значительно протянул старшина переселенческой общины, когда мы с Рэмом добрались в рыбацкий поселок. Растерявшись, я не поняла смысла реплики, Рэм же ее просто проигнорировал. Потом объяснил: «Тебя приняли за полукровку — человека с гномом. Только от смешанных союзов не рождаются девочки, потому все и удивлены. Ты действительно хочешь объяснять каждому особенности собственного положения? Нет? Тогда и не спорь. Ты ведь и вправду очень смахиваешь на Охотника».

Рэм старательно оберегал меня от всевозможных бед, делал это очень тактично, но — что уж там, опека, она всегда опека.

Сами переселенцы, что ожидали Рэма на побережье, не доставляли хлопот. Споро погрузившись на барк, немногословные хмурые мужики, собравшись в кружок, все дни просиживали, дымя черными длинными трубками. Дети бегали по палубе, приставая к морякам, залазали в самые невозможные места. Женщины регулярно вытаскивали их за уши и вороты, раздавали подзатыльники, но детвору угомонить не удавалось. На второй день плавания мальчишка лет пяти свалился-таки в воду, утонул, и мелюзга немного присмирела. Спущенные на время попыток достать его из воды паруса вновь подняли, барк перестал кружить на месте, продолжая прерванное плавание. Рэм, шагнувший с борта в чем был, долго сушился под скупым блеклым солнцем. Мы чуть не повздорили, когда я попыталась накинуть на него свою куртку, в конце концов я взвилась, ушла на корму, и вернулась лишь вечером, проголодавшаяся и расстроенная.

После несчастного случая жизнь на барке не изменилась. Мужики так же просиживали целыми днями, женщины вяло суетились, дети, хоть и тише, но шумели. Когда к концу недели мы наконец-то причалили к острову, у меня заметно улучшилось настроение. Наши отношения с водой складывались таким образом, что лучше бы нам наблюдать друг друга издали.

Высадившись, стали решать, каким путем идти на разведанные Охотниками земли. Старый тракт, оживленный и охраняемый, уводил слишком далеко от места назначения. Люди, утомленные ожиданием, готовы были идти напрямую. Но! Напрямую не пройдешь — прямо впереди за горами был Запретный Лес, второе место обитания эйльфлёр, охраняемое с той же тщательностью. Его все равно приходилось огибать, и Рэм просиживал над картой часы напролет, держа долгий совет с Ремси - Охотником, которого сопровождал Росни здесь, на острове, в поисках подходящих земель для переселения.

Земли нашлись, бывшие ранее пустынными Закраины понемногу заселялись людьми. Поселения людей по Восточным Закраинам разрослись до критической отметки - до самых рубежей эльфийских земель. Теперь эта нейтральная полоса обильно поливалась кровью, но ни те, ни другие не уступали. Западные Закраины, одно время тоже многолюдные, опустели после неразумной попытки людей повздорить с эйльфлёр всерьез. Долго на выжженной земле не росла даже трава, но все забывается, поселенцы понемногу стали вновь заселять их. Пока, к счастью, не заходя слишком далеко, ютясь по побережью. Поначалу это были выходцы Восточного побережья, что помнили еще дороги по старым гномьим выработкам, напрямую, через гряду Гартранда. Путь был относительно коротким, довольно удобным и почти безопасным. Потом на брошенные земли стали переезжать семьи с материка.

Я как-то пристала к Рэму, не понимая, почему Охотники просто не проведут черту: вот до сих пор можно, а дальше нет. Рэм отшучивался, пока не надоело, потом резко ответил:

— И кто нас послушает?.. — И я угомонилась.

Итак, судили-рядили, и решили: идти по тракту до города Интав. Дальше тракт забирал круто на север, прямо к поселкам гномов на северо-восточных склонах горной гряды, что тянулась через весь материк, перерезая его от Восточного берега до Западного. От развилки надо было бы повернуть на юго-запад, через перевал Туманная седловина, обходя Запретный Лес, по его кромке постепенно забирая на запад. Хмуро посапывая, старшины долго глядели в карту, хитровато переглядываясь. Рэм, явно видевший все их наивные уловки, не подавал виду. Я не вмешивалась, меня все равно никто не спрашивал.

Рэм оставлял длинный караван подвод перед развилкой и тем самым городом, попрощался с Ремси, передал послание Росни. Я осталась вместе с ним. Вновь вовлеченная в водоворот жизни, следуя чужим интересам, шла, куда вели.

Проводив взглядом последнюю подводу, скрывшуюся за поворотом, Рэм с тем же выражением посмотрел на меня.

— Ну, и куда теперь? — Разглядывая долину из-под руки, поинтересовался буднично. — Спрашиваю не потому, что гоню тебя, но надо же решить, по какому склону спускаться.

— К людям.

Охотник пожал плечами, отворачиваясь от всходившего солнца.

До города еще оставался день пути, когда нас нагнали вести.

Тракт был довольно многолюдным, но ночь в лесу, это ночь в лесу. Мы по очереди не спали, прислушиваясь к зимним шорохам. В одно из дежурств Рэма я проснулась в уверенности, что рядом эльф. Охотник невозмутимо дымил своей трубкой, не собираясь меня успокаивать.