Читаем Путь полностью

«Ты могла бы попрощаться со мной» — напомнил его голос, и тут же я налетела на него, взявшегося, как всегда, неизвестно откуда. Испытывая странное чувство, смесь неловкости с восторгом, кусала губы, глотая непроизнесенные упреки. Тепло его рук сводило с ума. «Почему ты всегда держишь меня насильно?».

«Потому что иначе ты убежишь. — Серьезно ответил он, рук не разжимая. — С тобой невозможно разговаривать, пока ты свободна».

Хватит! Еще минута в его объятиях…

— Я не выдержала испытания. Я знаю. — Озвучила искру сожаления в глазах, в которые нельзя смотреть долго. Утонешь. — Мне жаль, что разочаровала тебя. Только все равно ничего не получилось бы, Эллорн. Только я знаю, чего мне стоит признаться, но я признаю — я никогда не дотяну до тебя, эльф, я всегда буду проще, хоть врожденная гордость скоро и убедит меня в обратном. Позволь мне уйти сейчас!.. пока я еще не сорвалась… не оскорбила в себе женщину, а в тебе — мужчину.

Он развел руки в стороны — и словно отдалился, растаял среди кипящих во мне противоречий. «»Но ведь до этого мы могли быть просто рядом«» — возразил мне его голос. Издалека.

* * *

Там, внизу, люди, — напомнила себе, спускаясь по западному склону. Они начнут расспрашивать. Готова ли я не произносить лишних слов? Наверное, нет.

Нечто привлекало внимание, нечто отвлеченное. Я сосредоточилась, останавливаясь. Что такое могла увидеть? — перелесок на пологом склоне, дымы деревни, поднимающиеся ровными столбами в светлеющем небе, белеющий бок Шпильки. Точно!

Узнавая нужные уступы на ощупь, взобралась на знакомую площадку, покрытую ровным ковром хрупкого морозного вереска, и, упав в него, бездумно уставилась в небо. Облака, похожие на те, что не так давно мы разглядывали вдвоем, постепенно утратили красноватый оттенок, побелели, пухом пролетая надо мной. Я лежала, не замечая времени, не отслеживая мысли, не отсеивая чувства.

Когда облака начали темнеть, я осознала всю неразумность своего поведения. Если так мучительно покидать Зачаровень, к чему тогда все гордые взбрыки? Прощание затянулось, пора его заканчивать. Уходя — уходи.

«Навсегда» — сказала себе, выходя на опушку Зачаровня. Навсегда — стучало в висках, когда спускалась в долину, на огоньки какой-то порубежной деревушки. «Навсегда?» — спросил образ Эллорна, и, не дождавшись ответа, растаял.

* * *

Я бываю слишком озабочена внутренними переживаниями. «Много о себе думаю» — как выразился Рэм. Когда-нибудь отстраненность не доведет до добра. Вместо того чтобы терзаться вопросами надуманными, надо бы чаще помнить о насущном — сделала вывод, подойдя к деревенской околице слишком близко для соблюдения осторожности. Если бы среди пепелища остался хоть один лазутчик, данный вечер стал бы последним в жизни.

Деревня была сожжена и вырезана. Слегка дымились кострища, обозначая в быстро сгущающихся сумерках контуры деревенской улицы, повсюду царил признак смятения и внезапности. И всюду - трупы, скрюченные, раздутые, разделанные, словно туши на бойнях… всякие. А запах!

Решив, что прятаться бесполезно, — если кому-то надо было следить за местностью, меня уже увидели, заставила себя пройти по деревенской улице через весь хаос смерти, от одной околицы до другой. Кто-то мог остаться в живых. Я могла им понадобиться…

Хотя, конечно, нет, — понимала, разглядывая все еще ясно видимые следы набега. Здесь не мог выжить никто. Скорее всего, всё случилось под утро, как раз когда я взбиралась на Шпильку, и длилось не очень долго. Банда была хорошо вооружена и умела… многое умела, если судить по некоторым позам некоторых тел. Час — два, и всё.

Оставаться ночью среди пожарищ мне не хотелось. А куда идти — не знала. Вперед, по берегу Точилки? А если банда ушла именно в том направлении? По следам Рэм смог бы это определить, но Рэма не было. Именно его я надеялась отыскать, но теперь даже не знала, как именно мне это удастся. За спиной - Зачаровень, в который поклялась не входить больше никогда. Впереди - полная неизвестность. И безысходность.

Деревня была местом, где можно было достать еду, и новости. Почему-то я возлагала надежду на местных, догадываясь об особой значимости для них Охотников, для них, живущих в непосредственной близости с эльфами. Ведь не может быть, что бы столь близкие соседи не имели совершенно никаких контактов. Общая граница — она для обеих сторон общая. В чем-то эйльфлёр должны были соприкоснуться с людьми, хотя бы вынужденно. Та же торговля; я видела много занятных вещиц во Дворцах явно не эльфийского происхождения.

«Наверное, поэтому они не выставляли на ночь стражу — думала, сидя на самой опушке Зачаровня, наблюдая переливы остывающих углей вдали. Они слишком полагались на страх перед эльфами у всех остальных племен материка. Скорее всего, сюда, в приграничье, редко кто забредал, и они привыкли к личной безопасности. Потому и пали так просто…