692

Ты страдаешь в этой жизни, но она – лишь сон. И недолгий. – Радуйся, тебя любит Отец. Если ты не будешь Ему мешать, Он дарует тебе счастливое пробуждение.

693

Тебе обидно, что тебя не поблагодарили. – А вот ответь-ка на два вопроса: благодаришь ли ты Христа? Мог бы ты сделать добро, не надеясь на здешнюю, земную благодарность?

694

Не знаю, чего ты боишься. – Враги Христовы всегда были глуповаты.

Когда Лазарь воскрес, им следовало сдаться и признать, что Иисус – Бог. И что же? Они сказали: "Убьем дающего жизнь!" Вот и теперь так.

695

В часы борений и споров, когда "добрые люди" мешают тебе идти, вознеси сердце – и услышишь, как Иисус говорит о горчичном зерне и о закваске. Тогда скажи Ему: Edissere nobis parabolam – "Объясни эту притчу".

И возрадуешься, увидев будущую победу – птиц небесных на древе твоего апостольского служения, взошедшее тесто…

696

Если душа твоя огорчается в час испытания – ты теряешь мир и радость, а из самой беды можешь и не извлечь духовной пользы.

697

Из-за общественных невзгод ты заперся и тебе хуже, чем в темнице. У тебя – затмение личности.

Тебе негде трудиться – повсюду эгоизм, любопытство, глупость, пересуды. – Ну и что? Разве ты забыл, что воля твоя совершенно свободна? Разве забыл, что "дети" могут многое? – Пусть нет ни листьев, ни цветов (то есть жизни внешней), но корни разветвляются и действуют (это – внутренняя жизнь).

Работай, все переменится – и ты принесешь еще больше плодов, и будут они еще вкуснее.

698

Тебя ругают? – Не сердись, это в тебе говорит гордыня. – Лучше подумай: сколь милостивы они ко мне! О скольком еще умолчали!

699

Крест, испытания, труды… все это будет, пока ты жив. – Этим путем шел Христос, а ученик – не больше Учителя.

700

Да, в чем-то ты прав, внешних врагов много. Но ты помогаешь им изнутри – и тут тебе нет оправдания.

701

Разве ты не слышал от Учителя притчу о лозе и ветвях? – Утешься, Он взыскивает с тебя потому, что ты – ветвь плодоносная… Вот Он ее и очищает, ut fructum plus afferas – "чтобы принесла больше плодов".

Как же ты не поймешь? Когда отсекают и рвут, бывает больно. Зато какой сочный виноград, какие зрелые ягоды!

702

Ты беспокоен… Послушай, что бы ни случилось в тебе самом или в мире – не забывай: события и люди не так уж важны. – Вот и успокойся, потерпи. А потом – издалека, бесстрастно, – ты увидишь все в перспективе, и расставишь по местам, и поймешь, что меньше, что больше.

Если сделаешь так, то будешь справедливей и избежишь многих тревог.

703

Плохая ночь на плохом постоялом дворе. – Кажется, так определила эту жизнь святая Тереза. – Метко, правда?

704

Одна иностранка приехала в прославленный монастырь и страшно огорчилась, увидев, какой он бедный. "Наверное, вам плохо живется?" – спросила она. А монах, очень довольный, ответил: "Что я хотел, то и получил".

Я сам это слышал от святого мужа и радовался – а теперь печалюсь, отвечая тебе, когда ты жалуешься, что несчастлив.

705

Беспокоиться? – ни в коем случае! Ведь это значит – утратить мир.

706

Я устал, я хвораю. – Да, ты изнемог. – Отдохни. Ничем не занимайся. – Посоветуйся с врачом. Послушайся его и ни о чем не тревожься.

Скоро ты станешь таким, как раньше, а твое апостольское служение, если будешь верен, принесет еще больше плодов.

Путь› Внутренняя Борьба› Глава 34

707

Если, размышляя о совершенстве духовного мира, ты слышишь сокровенный, вкрачивый голос ветхого человека – не смущайся.

Это тело смерти вопиет о своих утраченных правах… Но разве тебе не достаточно благодати Божией? Будь Ему верен – и победишь.

708

Мир, дьявол и плоть очень наглы. Используя слабость живущего в тебе дикаря, они хотят, чтобы за жалкий отблеск удовольствия, которому грош цена, ты отдал им золото, жемчуг, рубины живой, искупительной крови Господней, которой оплачена твоя вечная жизнь.

709

Слышишь? – "В другом положении, месте, деле ты принес бы куда больше пользы. Разве твой талант – для такой чепухи?" А я скажу тебе: "Богу угодно, когда работаешь там, где ты поставлен. Мысли же, которые тебя посетили, – от беса, это уж точно".

710

Ты горюешь и скорбишь, что, причащаясь, остаешься сухим и холодным. А вот скажи мне: когда ты идешь к причастию, кого ты ищешь – себя или Иисуса? Если себя – тебе есть о чем горевать. Если Христа, как и должно – то нужны ли тебе еще знамения, более верные, чем Крест, чтобы убедиться, что ты Его уже нашел?

711

Опять свалился… да еще как! Что ж – отчаиваться? Нет! Смириться. И через Марию, твою любимую Матерь, обратиться к милосердной Любви Христовой. – Прочитай покаянный псалом, вознеси сердце! – Начни заново!

712

Да, глубоко ты пал! – Что ж, начинай закладывать фундамент там, внизу. – Смирись. Cor contritum et humiliatum, Deus, non despicies – "Cердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит".

713

Ты не идешь против Бога. Твои падения – от слабости. – Предположим. Но почему так часто?! Ты не умеешь их избегать. Если ты не хочешь, чтобы я считал тебя плохим – то придется считать тебя и плохим, и глупым.

714