Читаем Путь полностью

Там же сидя по пояс в воде забыв про всё и всех, целуются Снегурочка и Лерой. В один прекрасный день, этот вьюноша прекрасный, сверкая лейтенантскими погонами, нарисовался на входе в эллинг, в котором шла модернизация «Нормандии». Увидев его, Женька проорала: «Это ещё что за явление „Христа“ народу! Ты откуда здесь взялся?!» и чуть не сверзилась с лесов, а Снегурочка птицей спорхнула вниз и повисла на своём ненаглядном. Потом был допрос. Как вновь испечённый лейтенант флота, попал на Тиамаррон? Тот мялся и отговаривался, трындел что-то невразумительное, но припёртый эмпатами к «стенке» сознался. Что послан, лично командующим объединённым флотом, для так сказать контроля ситуации и докладов о происходящем лично ему.

— Шпион несчастный! Брысь к Моно, чтобы через полчаса был на стапеле, понял?! — Сказала сестра. Дженкинс вытянулся, козырнул и проорал: «Так точно, командир!». А сестра оглядев его строгим взглядом, отправилась к Тецуо, где в ультимативной форме потребовала от друга связи с Хакеттом. Найлус отправился с ней и присутствовал при этом разговоре, расставившем все точки над «Ё» в сегодняшних отношениях, дяди и племянницы.

Тецуо набрал номер приёмной Хакетта и попросил о разговоре. Секретарь ответил, что может соединить немедленно. Понятно же, что один из ведущих поставщиков вооружений флота, не будет беспокоить командующего по пустякам. Женька же в это время, как и Найлус, торчала за пределами обзора камеры, и её не было видно. Экран мигнул и на нём появился сам Хакетт.

— Господин главнокомандующий, приветствую вас. Простите за неурочный вызов, но у меня важный разговор и я прошу вас включить защищённый режим. — Сказал Омура младший.

— Рад вас видеть мистер Омура. — И адмирал нажал несколько клавиш у себя на столе, изображение пошло рябью, но быстро вернулось в норму. — Итак, что явилось причиной разговора?

— Не что, а кто, главнокомандующий.

— Кто?! — Удивился Хакетт, и тут в зону обзора зашла Шепард.

Мужчина удивился, и сильно обрадовался. Так сильно, что с трудом сдержал возглас. Пододвинулся к камере вплотную. Всмотрелся в стоящую напротив него женщину. Женька ласково, с необычайно нежными чувствами смотрела в ответ. Тяжело вздохнула и сказала на русском:

— Ну, здравствуй, дядя Стив.

Мужчина улыбнулся в ответ и сказал на русском же: — Здравствуй, потеряшка. Что случилось такого, что ты, наконец-то соизволила со мной связаться?

— Да уж случилось! Ты зачем Лероя прислал?

— Как зачем? Присмотреть за тобой, официально я этого делать не могу. А с его помощью вполне себе нормально.

— Дядя, но так же нельзя! Ты же парню карьеру загубишь! — Воскликнула сестра и закатила целую речугу, на тему, что они тут с Цербером дела имеют и с другими разными экстремистами. Им-то что, они Спектры Совета. Но вот молодому парню, выпускнику училища, такая история может жизнь сломать и так далее и в том же духе. Ходя по кабинету из стороны в сторону, заложив за спину руки, иногда останавливаясь и делая акценты. На всё это сквозь пальцы, смотрел Тецуо, от японца тянуло откровенным весельем. Хакетт же, откинулся на кресле, сложил на животе руки и с улыбкой смотрел на племянницу. Когда она закончила, просто встав с гордо поднятой головой. Адмирал расхохотался, да так что у него на глазах выступили слёзы. Утерев их, но все равно морщась от сдерживаемых эмоций он ответил:

— Вот сижу я и смотрю на тебя, и будто не было всех этих лет. Я-то обрадовался, думаю вот она, моя кровиночка. Сейчас повинится перед дядей, за годы вранья и молчания. Ан нет, эта с позволения сказать «Сукина дочь» звонит мне, и начинает меня учить, КАК мне делать свою работу!

Шепард при этом стушевалась, в её чувствах промелькнул испуг, а затем острое чувство вины и стыда. Она повесила голову и молча стояла, уставившись в пол. Будто нашкодивший первогодок, перед сержантом инструктором. Адмирал же продолжал:

— Да как ты смеешь, так со мной разговаривать! Ты там у себя вообще все берега потеряла?! Я тебе что, твой подчинённый или не дай бог какой-то заштатный интендант? Ты не забыла, с кем разговариваешь?

— Виновата! — Пробурчала Шепард.

— Ах виновата! Почему ты за столько лет не связалась со мной?

— Это было опасно, очень опасно дядя. В первую очередь для тебя. Я не могу тебе объяснить, у меня просто нет для этого слов. Но, этого делать было НЕЛЬЗЯ! — Ответила Женька, с тоской глядя на мужчину. — Прости меня пожалуйста, дядь Стив. Но я боялась за тебя, очень боялась. Пусть так, пусть ты не знал, что я это я, но ты был жив и в относительной безопасности. И самое главное, твоё сердце не болело за меня, когда всё закончилось на Алкере. Понимаешь, о том, что именно так всё и закончится, я знала очень давно. — И женщина снова повесила голову.

— Да?! Чёрт возьми, Женя, как ты могла решать за меня, за мать и брата?

— То, что Ваня и мама живы, я узнала лишь недавно. И связаться ни с ним, ни с ней не могу. Меня просто не соединяют, не дают доступа в сеть флота. Отчего так? Что я такого сделала? Что меня забанили во флотской сети?

— Тебя забанили?