Читаем Пустыня смерти полностью

Около полуночи они услышали гром и увидели вдали на западе сверкание молний. У Гаса сразу поднялось настроение — он понял, что засуха заканчивается. Калл отнесся к перемене более осторожно. Дождь не шел, а гром раздавался за много миль в стороне. Может, где-то в прериях дождь и идет, а вот прольется ли он тут, где они сейчас находятся? И наберется ли в ложбинки и впадины достаточно воды, чтобы напиться и запасти впрок?

— Ребята, мы спасены! — радостно воскликнул Длинноногий, наблюдая за сверкающими вдали молниями.

— Может, я и спасусь, но пока все еще умираю от жажды, — пожаловался Гас. — Не могу же я подставить рот под дождь, который идет за много миль отсюда.

— Он направляется к нам, ребята, — обрадовал их Длинноногий — сам он был сильно взволнован. Он понял, что теперь опасность миновала, хотя и не говорил молодым рейнджерам, на каком краю от гибели все они оказались.

— Если дождь не придет к нам, то я сам пойду к нему, — объявил Калл.

Вскоре они почуяли запах близкого дождя. Раскаленный воздух заметно охладился. Они так измучились от жажды, что с трудом удерживались от того, чтобы не помчаться навстречу грозе, хотя у них и не было никаких средств для быстрого передвижения, кроме собственных ног и одной измученной лошади.

Длинноногий был прав, гроза приближалась. Но у них не было ничего, куда можно набирать дождевую воду, кроме шляп, — хотя шляпы и не могли долго удерживать воду, но в них собиралось вполне достаточно воды, чтобы напиться вдосталь.

— Сперва лишь смочите губы, не пейте залпом — заболеете, — наставлял их Длинноногий.

Молнии сверкали все ближе. Вскоре первая ударила в землю всего в сотне ярдов от того места, где они находились, затем в пятидесяти ярдах. Калл никогда особо не боялся молний, но теперь, когда разряд за разрядом раскалывал небо, он стал опасаться, что рискованно стоять на открытой местности.

— Давайте спрячемся под седлом, — предложил Гас, поскольку ужасно боялся молний.

Он как-то слышал, что однажды молния попала в человека, расколола его надвое и сожгла обе половинки, прежде чем они грохнулись на землю. Ему не хотелось, чтобы его тело раскалывалось надвое, да еще поджарилось бы. Но он не знал, каким образом можно избежать попадания молнии, будучи на открытой местности. Он присмирел и тихонько сидел, надеясь, что молния не попадет в них и не сожжет.

Следующий разряд молнии, казалось, угодил прямо в Длинноногого. Правда, он его не зацепил, но Длинноногий закричал и прикрыл глаза руками.

— О Боже Всемогущий! — кричал он в кромешной темноте. — Я смотрел на слишком близкую молнию. Мне выжгло глаза, я ослеп. О Боже! Я ослеп, мне выжгло глаза!

Калл и Гас ждали очередной молнии, чтобы в ее вспышке посмотреть на Длинноногого. И когда она сверкнула, они увидели, что он бредет по равнине, прикрывая ладонями оба глаза. И опять после этого, в темноте, он закричал, словно раненый зверь.

— Закрой глаза и не смотри на молнию, — посоветовал Калл приятелю. — Длинноногий ослеп — вот беда.

— Может, он ослеп не надолго, — предположил Гас.

Разве у них есть шансы найти в Нью-Мексико населенные места, если их следопыт ослеп? Теперь Гас глубоко сожалел, что поддался импульсивному желанию присоединиться к экспедиции. Ну почему он не остался в Остине с Кларой Форсайт, чтобы работать там на оптовом складе?

Длинноногий опять закричал — он брел все дальше и дальше. Гроза пройдет, а в темноте они не смогут отыскать его, разве что по воплям. Калл решил было крикнуть ему, чтобы он сидел на месте и дожидался их, но потом почему-то подумал, что если у Длинноногого выжжены глаза, вряд ли он слышит.

— Хорошо хоть, что ливень смоет с меня эту проклятую кровь, — проговорил Гас. Носить одежду, пропитанную бизоньей кровью, было для него сущей мукой.

Через несколько минут молнии, похоже, засверкали еще чаще и ярче. Калл и Гас сидели не шевелясь, плотно закрыв глаза, в ожидании, когда стихнет гроза. Отдельные разряды были столь сильны и близки, что ослепительный свет пробивался даже сквозь прикрытые веки, как пробивается свет лампы через тоненькую ткань.

И даже когда гроза переместилась на восток, а громы и молнии звучали и сверкали потише, рейнджеры все еще сидели не двигаясь. Все равно гром гремел вовсю, а молнии оставались довольно яркими. Калл был просто ошеломлен — он понимал, что нужно идти искать Длинноногого, но никак не мог шевельнуться.

— Куда могла деться лошадь? — спросил Гас. — Она была здесь, когда все это началось, а теперь я не вижу ее.

— Как же ты ее увидишь — кругом такая темень, — сказал Калл. — Думаю, найдем ее утром. Она понадобится Длинноногому — он все еще ничего не видит.

Калл крикнул несколько раз, надеясь, что Длинноногий откликнется, но ответа не было.

— Попробуй ты, у тебя голос громче, — предложил он Гасу.

О способности Гаса перекричать любой шум хорошо знали все рейнджеры.

Но и громкий вопль Гаса обернулся таким же результатом — в ответ тишина.

— А можно умереть, если выжжет глаза? — спросил он друга.