Читаем Пустой мир полностью

То же творилось и в подземных чертогах гномьего народа, в сотнях городов и тысячах деревней, на далеких островах бархклоков и глубоких снегах горных вершин, что принадлежат гарпиям, в хижинах шкрелов и глинобитных домах хобгоблинов, в пустынях и на морских кораблях, в глубоких оркских пещерах и древних развалинах неведомых строителей, везде и всюду.

Он парил над землями и океанами, высматривая хоть одно живое движение, но все безуспешно… хотя нет! Что-то огромное, древнее и сильное пошевелилось в недрах мира. Не раздумывая, Он бросился туда.

Звуки шагов отражались от высоких сводов пещеры слабым эхом, переливавшемся между высоких сталагмитов, которые, поднимаясь вверх, нередко срастались с такими же огромными сталактитами. Золотым светом горела арка прохода, и к ней сейчас шло непонятное существо, издали похожее на горгулью, но лишь издали. Тело его было схоже с человеческим, пропорции тоже нормальными, нельзя сказать, что у него были плечи с крепостные ворота или пудовые кулаки. Нет, он был высокий, стройный; весь черный, словно обтянутый незримой пленкой, глаза — две овальных дыры, заполненных красным сиянием, зло горели на лишенном эмоций лице. Рот представлял собой узкую щель, не имевшую губ, за спиной были аккуратно сложены гигантские кожаные крылья, как у летучей мыши, в руках существо держало две длинных, чуть скривленных, сабли. Когда темнокрылая тварь шагнула под своды лучезарного купола, свет ударил ему в глаза, но он не отвел взгляд, в красном сиянии проступили черные вертикальные зрачки.

Громадный дракон повернул к вошедшему голову, распахнул ужасающую пасть, махнул величественными крыльями.

— Я ждал тебя, — голос исполина, казалось способен крушить камни, — ты пришел в наш мир и теперь не успокоишься, пока не уничтожишь все разумное в нем.

— Ты прав, — в противовес предыдущему, этот голос был тихим и вкрадчивым, — но ведь только тогда мир сможет переродиться.

— Не лги! Тебе плевать на перерождение! Тебе лишь нужно убивать, сражаться… побеждать.

— И это тоже. — Темный улыбнулся двумя рядами волчьих черных клыков.

— Ну что ж, я чту традиции. Мы будем биться, и хоть я знаю, что слабее, я предрекаю тебе: настанет день, и ты встретишь равного себе противника, и будет вновь тобой познан горький вкус поражения.

— Вряд ли. Я и моя спутница слишком часто терпели поражения в свою прошлую бытность.

Из тени за спиной пришельца появился еще один силуэт, фигура была завернута простой полотняный балахон, который словно поглощал весь направленный на него свет. Неведомый источник бирюзово-лазоревого сияния выхватил на мгновение лицо под капюшоном, белое и чистое, до зеркального блеска, лицо скелета. Из круглых глазниц на дракона смотрели с пониманием и участием глубокие синие глаза, тяжелая коса опустилась вниз, звонко ударившись об какой-то каменистый выступ.

— Да, — Зорг Зеленокрылый, Отец Драконов, кивнул вошедшей, — понимаю. На такой поединок стоит посмотреть воочию.

Всего его тело, скрипя кольцами чешуи, повернулось теперь к врагу.

— Начнем пожалуй! — Он взревел, встал на дыбы и выпустил щедрый поток пламени, темнокрылый выдержал его не шелохнувшись, затем, закрутив обе сабли, сделал первый шаг.

— Ну, давай!!! — взревел дракон вновь. — Рази же, Апокалипсис!!!