— Стая! Все вместе, за мной! — скомандовал он самым властным голосом, какой только смог из себя выдавить. Но никто и не думал протестовать. Собаки с готовностью обступили Счастливчика, искательно заглядывая ему в глаза, словно хотели найти там утешение, защиту, тепло и…

«Стаю», — оторопело догадался Счастливчик.

Тем временем земля продолжала угрожающе волноваться под его лапами. Она мерно тряслась и вздрагивала, словно хотела сбросить с себя собак. Неужели Собака-Земля тоже боялась Большого Рыка? Или они были заодно против собак и Длиннолапых?

Счастливчик не знал ответа на этот вопрос.

«Пожалуйста, — взмолился он про себя. — Пожалуйста, Собака-Земля, не обижай нас! Защити и спаси нас, прошу тебя».

Наверное, Собака-Земля все-таки услышала его и сжалилась над своими детьми, потому что Большой Рык не вернулся — по крайней мере, во всей своей ярости. Наверное, это был всего лишь его младший брат, который долго беспокойно ворочался в своей подземной берлоге, совсем как Белла перед сном, однако, в конце концов, все-таки затих и уснул.

Земля перестала содрогаться под лапами Счастливчика, постепенно стихло тревожное потрескивание в воздухе. Наконец-то можно было вздохнуть полной грудью.

Остальные собаки тоже начали потихоньку оправляться от пережитого страха, они робко расправляли плечи, поднимали головы и настороженно оглядывались по сторонам в поисках очередной угрозы. Нет, они не верили, что беда ушла насовсем, поэтому не спешили разбегаться по своим домам, но хотя бы не паниковали и не метались, а значит, Счастливчик вполне мог гордиться собой и своей…

«Вот еще, глупости! — оборвал он себя. — Никакая они не стая, и уж точно — не моя стая!»

Да, он помог этим собакам и, возможно, сейчас ему самому немного спокойнее находиться в компании, а не одному. Но это ничего не значит! От всех этих собак не будет никакого проку, не говоря уже о защите, если ситуация ухудшится.

«Пора мне уходить, — напомнил себе Счастливчик. — Одному».

Он сам хозяин своей судьбы и не должен об этом забывать! Теплый бок — это, конечно, здорово, но стайная жизнь — это намного больше, чем просто приятная компания. Настолько больше, что Счастливчику даже думать об этом не хотелось.

Его мысли были прерваны жутким грохотом, прокатившемся по пустынной улице. Он раздался так неожиданно, что собаки не успели даже сбиться в кучу, чтобы защитить друг друга. За грохотом последовал чудовищный треск, посыпались камни, куски металла, взметнулась туча пыли.

Счастливчик снова припал к земле, остальные сделали то же самое. Через несколько мгновений он решился обернуться — и уронил челюсть. Там, где только что стоял дом Длиннолапых, соседний с домом Беллиных хозяев, теперь клубились облака пыли.

Отзвуки крушения длились бесконечно. Никто не шевельнулся до тех пор, пока пыль не начала рассеиваться. Только тогда Солнышко неуверенно тявкнула, за ней испуганно зарычал Микки.

К счастью, никого из собак не задело падающими обломками. Счастливчик приосанился и с важностью посмотрел на Беллу: что ж, надо признать, он проявил себя молодцом, собрал свою стаю в самом правильном месте.

Но в следующий миг его гордость растаяла, как дым, а шерсть на плечах и загривке встала дыбом. Ибо, как только стихло эхо грохота, из руин донесся леденящий душу звук: дикий вой боли, ужаса и отчаяния. Несколько мгновений Счастливчик стоял в оцепенении, как и все остальные, ничего не понимая, чувствуя, как ледяные когти страха царапают его живот изнутри. Что это такое? Неужели сама Собака-Земля стонет и скулит, предчувствуя скорую гибель? Что, если это был знак, предвещающий смерть всего живого?

Но вскоре Белла, стоявшая рядом с братом, подняла морду и истерически завизжала. Пока Счастливчик, ничего не понимая, таращил глаза на Беллу, остальная стая тоже присоединилась к ее воплям.

— В чем дело? — в отчаянии залаял Счастливчик. — Белла! Что происходит! Объясни!

— Альфи! — провыла сестра. — Он был в том доме!

Глава X

— Альфи! Ааааальфииии! — оглушительно тявкала Солнышко, носясь кругами на одном месте. — Ой, Счастливчик, ой, сделай что-нибудь! Пожаааалуйста!

Счастливчик переводил глаза с одной собаки на другую, потом повернулся и едва не споткнулся о Дейзи. Все остальные не двигались с места, словно приросли к мостовой.

Белла в отчаянии покачала головой.

— Храбрый, славный малыш! Его не было с нами, когда мы тебя встретили. Он остался охранять дом своих Длиннолапых.

— Я знала, что мы не должны были его бросать! — простонала Дейзи, скорбно опуская голову.

— Мы уже ничем не можем ему помочь, — мрачно обронил Микки.

— Если мы полезем туда, то можем погибнуть под обломками, — сказала Белла и, содрогнувшись всем телом, попятилась назад, не сводя глаз с руин дома.

Легкий ветерок взметнул вверх белую пыль, потом в развалинах что-то заскрипело и обрушилось. Из глубины вновь донесся вой: это плакала маленькая собачка — брошенная, напуганная, несчастная.

Марта, ни на кого не глядя, поскребла землю своей огромной лапой.

— Бедный Альфи! Он никогда не был одним из нас. Всегда старался держаться сам по себе.