Он обвел взглядом развешанные на стенах фотографии. Вот он сам — в розовом «леандровском» пиджаке и соломенном канотье на регате в Хенли, ни дать ни взять молодой Джордж Клуни, — и рядом Рэд — в легком, свободном платье. Вот другая, и на ней тоже он — в кожаном летном шлеме, в кокпите биплана «Тайгер мот». Там снова он — прилежный ученик в Центре управления воздушным движением аэропорта Гатуик. И там он — в квадратной академической шапочке и мантии на выпускной церемонии в парижской Сорбонне. И там — в таком же академическом наряде получает докторский диплом Сиднейской летной школы. А вон и его любимая — в форме пожарного. Рядом та, на которой он пожимает руку принцу Чарльзу, чуть дальше — Полу Маккартни. Внушительная экспозиция, да? Даже для королевы.

А она его отвергла.

Это родители вливали ей в уши яд. Это подруги загружали ее ложью. Как она могла, как посмела слушать их и верить им? Все разрушила, все сломала собственной глупостью.

Он добавил звук, смывая волной музыки вскипающие в голове мысли и не обращая внимания на настойчивый стук сверху мистера Брюзги.

Потом снова взял бинокль, выключил свет, подошел к окну и чуточку развел шторы. Видеть ее вот так, вживую, было куда приятнее, чем на мониторах, получавших и картинку, и звук из каждой комнаты ее квартиры. Так он лучше чувствовал ее боль.

Он посмотрел на окно третьего этажа дома напротив. В гостиной горел свет, и видимость была отличная. Она стояла, держа возле уха телефон, и выглядела очень обеспокоенной.

Да уж, есть отчего беспокоиться.

5

Среда, вечер, 23 октября

— Пожалуйста, не поступай так со мной, — сказала Рэд, когда мобильный снова переключился на голосовую почту после шестого звонка.

Привет, это Карл. Я не могу ответить сейчас, поэтому оставьте сообщение, и я перезвоню вам позже.

Она оставила три сообщения, но он так и не перезвонил. Первое ушло в 7.30 вечера, через полчаса после того, как Карл не заехал за ней в назначенное время. Они планировали пообедать в Чайна-Гарден. Второе сообщение отправилось в 20.00, а третье — она постаралась убрать сердитые нотки, что далось нелегко, — сразу после 21.00. Сейчас часы показывали половину одиннадцатого. Она даже проверила свои странички в Твиттере и Фейсбуке, хотя Карл никогда еще не пользовался ими для связи с ней.

Отлично! Какая подстава! Ну разве не замечательно?

Разрыв с Брайсом обернулся кошмаром, память о котором жила до сих пор. В первые недели после того, как его удалось выставить, с помощью полиции, она частенько замечала знакомый «астон-мартин» у своей старой квартиры. Самого Брайса видно не было, но и одного лишь присутствия машины хватало, чтобы по спине бежал холодок. Он перестал делать это только после того, как она, рассердившись по-настоящему, спустила ему все четыре колеса. Но и это был еще не конец. Иногда, во время одиночных тренировочных пробежек — она готовилась к участию в Брайтонском благотворительном марафоне, — Брайс попадался ей на глаза. Он следил издалека — с тротуара или из машины.

Такая слежка действовала на нервы, особенно когда она бежала по Даунсу вечером, в наступающих сумерках.

По совету людей из «Проекта „Убежище“», она переехала из квартиры вот в это временное жилье, снятое ими на вымышленное имя.

Квартира располагалась на третьем этаже и была выбрана из-за своего расположения — ее окна не просматривались с главной улицы — и наличия укрепленной входной двери. Мрачный, изрядно обветшавший викторианский особняк, переоборудованный когда-то в частную резиденцию, находился неподалеку от набережной Хоува. Из окон открывался вид на пожарную лестницу безобразного, 1950-х годов постройки, многоквартирного дома и переулок, который вел к автомобильной стоянке и гаражам за ее кварталом.

Предполагалось, что здесь она будет чувствовать себя в безопасности, но новое жилище действовало угнетающе. Узкий, слабо освещенный коридорчик вел в небольшую, открытой планировки зону, совмещавшую гостиную со столовой и старомодной кухонькой размером чуть больше камбуза и поделенной барной стойкой для завтрака. Еще здесь было две спальни: поменьше — ее она превратила в свою уютную норку — и побольше, с видом на гаражи и стоянку для велосипедов.