Читаем Пусть сердце скажет полностью

Вот уж глупее не придумаешь, как плакать из-за теста, но сейчас, казалось, важнее этого нет ничего на свете. Как бы ей сейчас пригодилась чугунная плита Она попросила бы Итана сделать какой-нибудь навес от дождя, тогда она смогла бы печь пироги и хлеб всю ночь, И завтра уже продавать их. А теперь , яблоки почернели, тесто прокисает Эти мелкие неприятности окончательно выбили Элли из колеи. Она никогда. Не теряла надежды, смело шла к намеченной цели но сейчас вдруг засомневалась. Кто она такая? Откуда такая уверенность, что у нее все получится? Городская девчонка, молодая, неопытная, ей еще и семнадцати нет.

Что она знает и умеет? Да разве она может сравниться с этими сильными, грубыми, крутыми поселенцами? Ей стало жаль себя, надо поплакать, пусть физическая боль заглушит душевную тоску и печаль.

— Элли…

Она вздрогнула — кто-то звал ее.

— Впусти меня. На улице — проливной дождь. Я знаю, что ты плачешь.

Это был Итан! Он вошел, снял плащ, шляпу и бросил их в угол. В палатке при желании могли уместиться четыре человека, но Итану в ней было тесно. Слегка наклонившись, он прошел вперед и сел рядом.

— Ну и погодка! Я не мог заснуть: гром, молнии, дождь, моя поганая палатка протекает, к потом.., я думал о тебе, — он несмело погладил се волосы. — Даже сквозь шум дождя и грохот грома я слышал, как ты плачешь.

"Будь осторожнее с этим мужчиной! Не увлекайся!”, — шептал ей внутренний голос. Но сейчас ей так тяжело! Нужно, чтобы рядом был сильный, преданный тебе человек, хотя бы сегодня! Сейчас, в этот вечер ей нужна поддержка.

— Помоги мне, Итан! Обними меня! Итан с радостью подчинился. Он обнял ее, посадил на колени, прижал к своей груди, а она плакала, уткнувшись в его плечо. Да за ее слезы этого Нолана Айвса убить мало!

— Эй, Элли, я тебя не узнаю.

— Я.., я так хотела эту плиту. Это несправедливо. — всхлипывала она.

Он вспомнил о покойной матери, о Виолет, об их неродившемся ребенке.

— Судьба не всегда благосклонна к нам, Элли. Но приходится сносить все ее удары, ведь жизнь, несмотря ни на что, продолжается.

Элли прижалась к нему. Она вдыхала запах настоящего мужчины: кожи и табака.

— Спасибо, что ты пришел, — прошептала она. Итан с трудом сдерживал желание, он страстно хотел обладать этой женщиной. Он испытывал физическое влечение к ней с момента их первой встречи. Ох, как хотелось ему любить ее, сжимать в своих объятиях, опекать и заботиться о ней. Но нет. Разве это возможно? Сегодня она была такая нежная, ласковая, такая слабая и беззащитная. Если бы он мог пробудить в ней желание, превратить эту напуганную девочку в любящую женщину!..

Уймись, глупец! Размечтался…

— Выпей немного виски, — предложил он. — Я взял с собой фляжку. Глоток тебе не повредит, наоборот, снимет напряжение, и ты сможешь уснуть. Ты ведь уже столько дней не отдыхала.

Он осторожно снял ее с колен, поднялся и достал из плаща флягу.

— Я никогда не пробовала виски, — всхлипывая, ответила Элли. Она все еще не могла успокоиться.

Итан сел рядом с ней, вынул пробку и отпил глоток. Затем протянул флягу ей.

— Сделай большой глоток, только выпей залпом, не пытайся распробовать на вкус, иначе.., испугаешься!

Она взяла флягу, поднесла ее к губам со свойственной ей решительностью и, сделав большой глоток, закашлялась, судорожно глотая воздух. У нее было такое ощущение, будто она задыхается. Итан засмеялся.

— Сразу забываешь обо всех неприятностях и невзгодах, правда?

Элли молча кивнула, подошла к ведру с питьевой водой, и выпила почти целый ковш — горло ее горело. Она сделала несколько глубоких вдохов. Господи, как же могут мужчины глушить эту гадость, как воду!

— Итан Темпл, — наконец произнесла она, — откуда у вас виски? Ведь вы на территории индейцев, и вам должно быть известно, что в Гатри, как и везде на юге Канзаса и севере Техаса, продажа спиртного запрещена!

— Да, слышал. Приходится выкручиваться. Где хотение, там и умение. Но об этом никто не знает, я скрываю это от окружающих, особенно от моих родственников и друзей-индейцев. Ты одна из немногих, кто знает об этой моей маленькой тайне. — Он сделал еще глоток и закрыл флягу.

— Ну как, лучше?

— А сколько тебе нужно выпить, чтобы опьянеть? — она с опаской посмотрела на него. Итан фыркнул от смеха.

— Да много, черт побери! Уж во всяком случае больше, чем два глотка, а этой дозой я лишь согрел свои старые кости. — Он взглянул на се милую мордашку. Слава Богу, она хоть немного отвлеклась от своих забот, по крайней мере, хоть перестала плакать. — Но тебе, малышка, много и не надо, чтобы захмелеть.

У Элли закружилась голова, наверное, оттого, что у нее за целый день и крошки во рту не было. Она улыбнулась:

— А не сделать ли мне еще глоток?

Итан протянул ей флягу. Ему не следовало этого делать, виски уже подействовало на нее. Но он хотел се и не мог больше сдерживать свою страсть. Может быть, как раз глоток спиртного поможет ей преодолеть страх, который внушали ей все мужчины без исключения. Может быть, после физической близости с ним она изменит свое отношение, поймет, что любит его несмотря ни на что..