Читаем Пусть она вернется полностью

Этим утром я проснулась от ужасной мигрени. Открыв глаза, я обнаружила, что лежу не в своей постели. Рядом со мной спал мужчина. Огюстен. Сердце замерло в груди. Я тихонечко встала, собрала свои вещи и ушла на цыпочках. Почему я ничего не помнила о том, как там оказалась? И что делала? Отвращение к себе охватило мое тело. Я не управляла собой, своими действиями, мыслями. На пустынной улице меня стошнило смесью желчи и едкого гнева. Вместо того чтобы отправиться к Жеромине, я побежала к морю. Вода была ледяная, но я разделась и бросилась в волны, чтобы смыть грехи. Я забыла все, что было накануне, но хотела забыть и то, как проснулась. Ни о чем не думать. Однако гнев и вина остались, прицепившись к моей душе.

По отношению к Огюстену прежде всего. Мы могли стать друзьями. Мне нравилось проводить с ним время. Помаленьку я научилась доверять ему и даже говорила себе, что он был способен выслушать мою историю, принять ее без осуждения. Но все пропало. Я больше никогда не осмелюсь взглянуть ему в глаза.

А потом Лина. Что она сделает, если узнает? Точнее, когда. А может быть, и уже знает. Я не осмеливаюсь даже представить себе ее ярость, сцену, которая последует. Ей не нравилось, когда мы с ним только начали сближаться.

Меня бесит, что я ничего не помню. Что я одновременно палач и жертва.

Мне понадобилось довольно долгое время, чтобы успокоиться и направиться домой.

Вернувшись, я вела себя так, будто ничего не произошло, но ничего хорошего больше уже не будет.

Жеромина заметила, что что-то не так.

Я намекнула, что хочу побыть одна, и она дала мне ключи от принадлежащей ей кабинки на пляже, чтобы я могла там спрятаться, если захочу уйти от всех.

Теперь я здесь пишу эти строки. Кабинка обветшала, я тоже. Но вместо того, чтобы погибнуть порознь, мы попробуем выжить вместе.