Читаем Пуговица полностью

Наверняка что-то случилось. Наверняка. Она послала несколько эсэмэсок: «Отзовись. Дай знать, что случилось».

Не отозвался.

Как она прожила две недели, лучше не вспоминать.

Это и жизнью назвать трудно. Но как-то продержалась. Все обдумывала, что сделала или сказала не так, чем от себя отвратила. Не было ответа! Вот не было — и все! Напротив: все ощущения подсказывали, что все как раз было удивительно прекрасно и гармонично. В принципе, он ей ничего не должен. О любви ни слова не говорилось. Ни поцелуев, ни объятий, ни прикосновений, кроме того, на выходе из ресторана в первый раз. Влад имел полное право не позвонить. Ну, поговорили и разошлись.

Неужели такое возможно?

К концу второй недели чуть-чуть полегчало. Жизнь продолжалась. Была это уже не прежняя, вольная и спокойная жизнь. Это была жизнь-инвалид. Для полноценного существования нужен было он.

Не секс с ним. Не постоянная жизнь с ним. Но хотя бы встречи пару раз за неделю, хотя бы звонки, хотя бы ощущение его присутствия где-то неподалеку.

Поделать Ната все равно ничего не могла. Насильно мил не будешь.

В памяти постоянно стали всплывать профессорские пророчества. Мол, погоди, и тебя настигнет. Тогда поймешь.

Свершилось. Она поняла.

Вдруг кто-то словно надоумил ее: надо поехать в тот ресторан, где они были в первый раз. Влад же говорил, что это его любимое место. Надо туда ездить и ездить. И когда-нибудь он тоже окажется там. И тогда она спросит его, что случилось. Просто спросит, и все.

Поехала. Заказала для приличия что-то первое попавшееся: все это время есть девушка почти не могла. Сидела час, другой.

Неожиданно к ней подсела старая, еще со школьных времен, знакомая.

— Привет, — говорит. — А я тебя тут две недели назад видела с Владом. Но не была убеждена, что это ты. Ты цветешь!

— Ты знаешь Влада? — удивилась Натка. Удивилась и обрадовалась. Словно весточку от него получила.

— Конечно, знаю. Мы с ним в музыкалке вместе учились. У одного педагога. Влад постарше нас с тобой, года на четыре.

Вот это да! Как мир тесен, оказывается!

— Что ж ты не подошла тогда? — спросила Натка. — Раз Влада наверняка узнала.

— Да постеснялась как-то. Вы такие веселые сидели. Чувствовалось, что третий лишний. Ну и потом… Его в неловкое положение ставить не хотелось. У него жена как раз в роддоме лежала, только родила. А он тут сидит с такой красавицей… Он бы не обрадовался…

— Он женат? — удивилась Натка.

Такое ей и в голову не приходило.

— Женат. На еще одной нашей, из музыкалки. Любовь была… Мы все завидовали. Они после школы сразу почти поженились. Ребенок родился. Этот, который сейчас, второй у них.

Удивительно: известие о семейном положении Влада ничуть не расстроило Натку. Наоборот. Она почувствовала прилив счастья и веселья. Вот, значит, в чем дело! Не в ней совсем! Не в том, что она какая-то противная, скучная, малоинтересная. Просто — жена родила. Забот полон рот. И все!

Как хорошо она придумала — поехать в этот ресторан! Чутье подсказало.

Ну что ж теперь! Рушить чужую семью Ната не собиралась. Мало того: даже повода так думать Влад ей не давал. Мило пообщались пару раз и разошлись. И он по-своему даже порядочно поступил, решив не морочить девчонке голову.

Надо было брать себя в руки и начинать жить заново, как будто его и не было никогда. Будто приснился он. Бывают приятные сны, после которых не хочется просыпаться. Вот это такой сон.

Как-то она с собой совладала. Как-то загнала чувство к случайному знакомому глубоко-глубоко. Почти даже не болело. Иногда она вспоминала, думала: а вдруг бы… Она приняла бы его любого: и с детьми, и без денег, и с любыми пороками… Лишь бы позволил быть рядом.

Но какое там! Нужна она ему! Он и думать о ней забыл. У него семья, любовь, дети…

Прошло лето, миновала осень, завершилась зима…

Жизнь вошла в свою колею. Скучная жизнь для себя. В поисках удовольствий, вещей, впечатлений… Мало что радовало. Но зато ничто и не печалило.

И вот когда на деревьях уже начали появляться листочки, произошла их вторая встреча. Совершенно случайная и обыденная. Они оказались в пробке рядом! Сначала Натка заметила его машину и подумала, что вот, мол, у Влада такая же. А потом поняла, что за рулем он! Он Нату не видел, говорил по телефону. Ей бы и не лезть. Постоять рядом, порадоваться, что выжила тогда, и уехать.

Но разве это было возможно? И какая нечистая сила подстроила эту встречу в многомиллионном городе? Чтобы остановиться вот так вот рядом!

Она открыла окна в своей машинке, перелезла с водительского кресла на соседнее, пассажирское, и постучала ноготком в его стекло.

Он вздрогнул, узнал, заулыбался, открыл свое окно, взял ее руку в свою, не прекращая разговора. И все время, пока говорил, держал ее за руку!

Он обрадовался! Она же видела! Мог бы вообще окно не открывать. А уж тем более за руку взял!

В пробке стояли катастрофически недолго: каких-то полчаса. Она бы и месяц простояла.

— Ты куда девался тогда? — спросила Натка.

— Дела, куча дел, — ответил Влад.

Она тонула в его улыбке.

— Я слышала, у тебя тогда ребенок родился, — сказала она прямо.