Путь до палаты Вилара показался для Мии вечностью; лифты, коридоры, двери лампы, все слилось. Столько ночей она провела с Виларом в реанимационном отделении Гаола, держа его за руку и мечтая о том, чтобы он, наконец, очнулся. И вот теперь она с каждым шагом приближалась к нему, живому и почти невредимому.

– Вот его бокс, – наконец сказала куратор, сверившись со схемой в Плануме.

– Спасибо, Юрта, можешь лететь в отель, дальше я сама, – ответила Мия.

Куратор насторожено посмотрела на подопечную.

– Правда, все хорошо, – заверила та.

– Ну, тогда до завтра, – с сомнением проговорила Юрта и пошла прочь по коридору.

Глава 16

Мия встала перед белой дверью палаты и замешкалась. Волнение достигло своего пика. Сердце колотилось в области горла, а щеки залились краской. Девушка сделала несколько глубоких вдохов и вошла.

Она застала Вилара сидящим на кровати. Мужчина смотрел в окно и не обернулся на звук открывающейся двери.

– Положите документы на тумбочку, я займусь ими после ужина, – сказал он, продолжая смотреть в окно.

Мия закрыла за собой дверь и остановилась. Она смотрела на другого Вилара. Не того, который холодной надменностью заставлял ее чувствовать себя ничтожеством, и даже не на того, который обнимал ее в пещере, а совершенно на другого человека. Истощенного, болеющего, но не лишенного достоинства. Он сидел, грустно ссутулившись на больничной койке, и что-то крутил в руках. На теле и щеках пятнами проступали темно синие паутинки вен. Исколотые руки мужчины были подсоединены к аппаратуре тонкими трубками. Вилар выглядел бесконечно одиноким в этой просторной белой палате. Сердце девушки сжалось.

Почувствовав, что вошедший не двигается, Вилар обернулся. Некоторое время они смотрели друг на друга. Два человека, чьи жизни так тесно переплелись между собой. Мужчина и женщина, которые столько пережили вместе. Пара, которая столько всего не успела сказать друг другу.

От переизбытка чувств Мия не могла пошевелиться, по щекам побежали слезы.

– Привет, – наконец произнес мужчина.

– Я так боялась, что ты не очнешься, – дрожащим голосом прошептала Мия.

– Очнуться это еще полдела. Посмотри на меня, я калека, – ответил мужчина и показал на костыль, прислоненный к кровати.

– Главное, ты жив, – выдохнула Мия.

– Для кого главное? – фыркнул Вилар.

– Для всех кому ты не безразличен, – с улыбкой сказала девушка и смахнула слезы.

– Я видел твое выступление по сети и знаю, кто для тебя действительно небезразличен, – устало ответил Вилар и потер ладонями лицо.

Слова мужчины были как пощечина. Совсем не такой прием ожидала Мия. Девушка растеряно стояла у двери, борясь с желанием выйти из палаты. И она бы ушла, так ничего не объяснив, если бы не вспомнила совет Рока, по поводу откровенности.

Мия набрала воздуха в грудь и впервые откровенно заговорила о своих чувствах.

– Это сложно объяснить, особенно человеку, который не привык откровенничать, но вы оба мне не безразличны, – виновато проговорила она.

Вилар пристально посмотрел на Мию.

– Внутренне я всегда металась между вами. С детства Ким был для меня идеалом, но встретив тебя, я поняла, что мужчина может вызывать не только восторг, но и странное щемящее сердце чувство, от которого подгибаются ноги. С Кимом мне легко и комфортно, с тобой завораживающе интересно. Ты всегда интриговал меня и мучил одновременно. Твоя переменчивость была пыткой, но вызывала странное притяжение. Ким для меня словно воздух, а ты огонь. И мне сложно выбрать дышать всю жизнь или гореть, – дрожащим голосом проговорила Мия.

Девушка совершенно покраснела и опустила глаза. Это признание тяжело ей далось.

Вилар отсоединил от руки трубки, взял костыль и поковылял к ней. Подойдя, он протянул Мие предмет, который держал в руках все это время. Девушка сразу узнала маленький футлярчик. Она взяла его в руки и открыла. На нее смотрело то самое кольцо, которое было частью договора по спасению Кима.

– Первую часть своей жизни ты прожила с ним. Будет справедливо, если вторую проживешь со мной, – сказал Вилар и достал из футляра кольцо.

Он аккуратно надел его Мие на безымянный палец, затем взял ее лицо в ладони и тихо прошептал на ухо:

– Я предлагаю гореть.

Мурашки побежали по спине от легкого прикосновения его губ к мочке уха. Мия громко выдохнула. Вилар посмотрел ей в глаза и нежно поцеловал в губы. Волна удовольствия прокатилась по телу девушки. Она уже забыла насколько отзывчиво к ласкам Вилара ее тело. Ноги стали ватными, а по спине побежали мурашки.

Неожиданно идиллия была нарушена. Раздался стук в дверь, к которой Вилар плотно прижал Мию. Мужчина раздраженно выдохнул и отошел от девушки. Мия нетвердой походкой пересекла палату и присела на кровать.

– Войдите, – раздраженно сказал Верховный Хранитель.

Дверь открылась, и в палату вошел напуганный интонацией Вилара медбрат. В руках молодой человек держал большую стопку бумаг.

– Положите на тумбочку, – не дожидаясь приветствия, скомандовал Хранитель.

Медбрат, окинув нервным взглядом Мию, положил стопку на прикроватную тумбу и быстро ушел.