Читаем Птица в клетке (СИ) полностью

Юрий усадил меня на сиденье, и уселся напротив, растянув длинные ноги почти на всю длину салона. Несмотря на нарочито расслабленную позу, сам он излучал напряжение, и кажется, был весьма чем-то раздражён. С вялым удивлением, прорвавшимся через моё оцепенение, я заметила, что он снял почти все украшения с себя, лишь оставил тоненькое серебряное колечко в ухе. Теперь, без привлекающих внимания цацек, он казался старше и неожиданно опаснее, как будто звенящие и блестящие побрякушки до этого скрывали его истинную хищную суть.

Заметив мой взгляд, он тут же вопросительно посмотрел в ответ, но я уже отвела глаза. Юрий недовольно нахмурился и нажал на коммуникатор, прикреплённый к его сиденью.

- Шейл, будь добр, когда будешь пролетать над столицей, снизься немного и никуда не торопись. Хочу показать нашей гостье город.

- Будет сделанной, тай, - коротко ответил Цехелю пилот.

Мы плавно взмыли вверх, беря курс на город.

- Ты знаешь, как называется зимняя столица Лонги? - Не дождавшись никакой реакции от меня, Юрий ответил сам: - Кадис, в честь самого древнего испанского города. Римляне, правда, называли его немного иначе - Гадес. Ты же вроде любишь земную мифологию? Значит, наверняка помнишь, что Гадесом римляне называли царство мёртвых и самого бога, которого им правил. Так что тебя, я думаю, можно в какой-то степени считать прекрасной девой Прозерпиной. О, вот и город! Посмотри вниз - скоро мы будем пролетать над центром Кадиса. Он очень красив в ночных огнях.

Мы уже минули стрелы небоскрёбов, и теперь я смогла увидеть то, что так жадно разглядывала на головиде совсем недавно. Площади и дворцы, изящные буддийские пагоды и скорбно-строгие католические храмы, рядом с которыми в небо возносились высокие минареты мечетей. Та ещё диковинка в современном мире - почти на всех планетах неоислам был признан запрещённой религией. Лишь в по восточном пёстрой Лонге умудрялись совмещать столько противоречащих друг другу религий. Но сейчас этот вид не радовал и не восхищал меня.

Юрий несколько разочаровано следил за моим равнодушным взглядом, и наконец не выдержал:

- Тебе нравится? Эрика? Не молчи... Не игнорируй меня!

"Что ты игнорируешь меня, а рабыня?" - голос Карима вновь раздался в моей голове, и я, схватившись за горло, панически заозиралась. Его здесь нет, нет, он остался на Грифоне...

Пытаясь справиться с воспоминаниями, я обхватила себя руками, и начала раскачиваться. Юрий поспешно расстегнул ремни на своём сиденье, и пересев ко мне, попытался обнять. Я попыталась толкнуть его, но он не давал вырваться.

- Ну чего ты, маленькая? Эрика, тс-с-с, перестань...

Остальное я плохо помню. Мы ещё летели какое-то время - мне показалось, целую вечность, потом Цехель подхватил меня на руки, и куда-то понёс. Там было ещё хуже. Много людей, с назойливыми и суетливыми мыслями и грязными эмоциями. Меня о чём-то спрашивали, трясли, всё время повторяя моё имя, и наконец-то оставили в покое. В комнате с мягкими стенами и полом. Как знакомо. Я свернулась в клубочек и закрыла глаза, постаравшись отгородится от всего мира. Док, почему ты так легко позволил мне уйти...

Я так сильно изолировала свой разум от всего происходящего снаружи, что смогла понять, что рядом со мной кто-то находиться, отнюдь не по мыслям и чувствам, а по запаху лёгких цветочных духов.

- Вы ничего ей не давали? - низкий женский голос прозвучал совсем рядом.

- Конечно нет!

Это был Юрий.

- Хорошо. Конечно, тай Дали успел уже изучить реакцию эспера на некоторые лекарства, но рисковать, не зная, чем вызвано её состояние, лучше не стоит.

Услышав упоминание дока, я всхлипнула.

- Реакция есть. Хорошо, - довольно сказала женщина. - Юрий, помоги мне её усадить.

- Мне точно стоит до неё прикасаться?

- Она была агрессивна?

- Нет, но... едва ли нравится, когда я к ней прикасаюсь, - признался гардарик. - Я думаю, мне стоит уйти, доктор Кронберг.

- Послушайте, тай Цехель, что это за внезапные сантименты? - насмешливо ответила женщина. - Вы возможно единственный на всей Лонге, кто может касаться Эрики сейчас, не грозясь вызвать у неё новый приступ. Она сейчас весьма чувствительна к чужим эмоциям и мыслям, и даже моё присутствие для неё весьма травматично. Но особого выхода нет - рискнуть оставить её так я не могу.

Меня осторожно приподняли за подмышки, и как большую куклу прислонили к стеночке. Я неохотно разлепила глаза и взглянула на доктора Кронберг. Это была невысокая, ладно скроенная женщина с рыжими длинными волосами, уложенными в корону, и совершенно не походившая на тот образ, что я сложила из слов Юрия. Смотрела доктор Кронберг на меня очень внимательно и серьёзно, но совсем не строго. Как на человека, а не как на подопытную мышь.

- Эрика, ведь так? Меня зовут Алана Кронберг, и я тот врач, который поможет тебе выжить среди этих идиотов.

- Эй! - возмутился Юрий. - Это ведь не про меня, да?