Читаем Птица полностью

Он старался ухватиться за время и если не удержать, то хотя бы запомнить накрепко: вот он волочит ноги по сухому пыльному асфальту, где-то вдалеке узкая улица, ведущая в сторону Курского вокзала, подсвечена фонарями, в воздухе клубится дым, а рядом идет Илья, через шаг пиная попавшийся под кроссовку камешек. Молчание между ними было уютное, легкое – так бывает, когда с человеком просто хорошо, без американских горок и стараний удержать. Илья был прямо тут, и в моменте они с Птицей были обычными студентами-философами, грандиозно закрывшими очередной курс в университете, а впереди было целое лето – свободное и смешливое, солнечное и до одури юное, как они.

Нет, подумал Птица вдруг. Ничего этого уже не будет.

Он нахмурился, докурил сигарету и потушил ее о подошву кед, едва удержав равновесие. Илья подхватил его под руку, поймал взгляд и кивнул, убедившись, что все в порядке. Они дошли до пешеходного перехода и встали, глядя на светофор. На таймере обратного отсчета ежесекундно сменялись красные цифры. Недолго они оба завороженно наблюдали, как истекает время, а потом Птица повернулся к Илье: тот выглядел расслабленно и легко, при этом как будто уверенно – в себе, в людях вокруг, в завтрашнем дне, а летний ветер трепал его волосы. Может, и не будет ничего дальше, отрешенно думалось Птице. Зато сейчас у него, как в песне СПБЧ, есть все, чтобы жить вечно.

Дома у Птицы хватило сил только раздеться и рухнуть в кровать. Сознание кружилось медовушными вертолетами, и Птица даже решил попробовать старые лайфхаки – поставить одну ногу на пол, заземлиться. Это не помогло, и он устало свернулся клубочком на постели, укрывшись одеялом по уши. Если не ворочаться, это закончится, думал он. Так и уснул на вертящихся лопастях полупьяных вертолетов.

Очнулся он от вибрации телефона под подушкой. С закрытыми глазами нащупал его, подтащил поближе и приоткрыл один глаз – совсем чуточку, только чтобы разглядеть, кому он понадобился и не были ли это очередные клоунские рассылки.

11:47

птиц, в понедельник в 8:00 выезжаем в переславль. лиза заедет за тобой где-то в 8:15. в машине еще одно свободное место – не забудь позвать свою надю!

Сообщение завершалось эмодзи с коварно улыбающейся Луной. Птица опустил телефон экраном вниз и тяжело закряхтел. Вставать не хотелось – еще меньше хотелось знать, откуда у Ильи столько сил и почему его никогда не развозит после их залетов по барам. Телефон провибрировал еще раз.

11:50

я серьезно, птиц, не ссы

еще не забудь плавки, нам срочно надо искупаться в плещеевом озере

11:51

хотя можешь и без них. чего мы там не видели

птица

11:53

оки спасибо

В надежде, что на этом поток важной информации завершен, Птица раскинулся на кровати звездочкой. Голова почти не болела, но ужасно хотелось чипсов – солененьких, рифленых. На этой мотивации Птица сумел выползти из кровати, широко зевая и потягиваясь. В ванной он плеснул в лицо ледяной водой, размышляя, успела ли уже нагреться вода в Плещеевом озере, где ему, по всей видимости, придется искупаться, или они с Ильей все-таки отморозят задницы. «Я даже не уверен, что умею плавать», – отстраненно думал Птица, чистя зубы и разглядывая себя в мутном зеркале. Отражение не воодушевляло, но он верил: пачка чипсов на завтрак приведет его в чувство.

Из квартиры он вылетел, прихватив ключи и сторублевку, нащупанную в кармане джинсовки и такую же помятую, как он сам. На улице было слишком ярко – солнце жарило и пекло, воздух стоял горячий. Спасала только тень от козырьков подъездов и листвы.

– Птица! – услышал он за спиной. Он обернулся, прищурился и увидел Надю в солнечно-желтом летнем платье, которая махала ему рукой. Она стояла около тарахтящего такси, из багажника которого водитель выгружал ее чемодан и рюкзак, тяжело опуская их на асфальт. Птица зашагал к ней, неловко подслушивая окончание разговора с таксистом – невысоким мужчиной чуть за сорок.

– У вас там что, кирпичи? – недовольно бормотал тот, кивая на Надин рюкзак.

– Всего лишь пара томов Большой российской энциклопедии, – с едва заметной иронией в голосе ответила Надя. – Жить без них не могу!

Птица подавил смешок. Водитель такси раздраженно покачал головой, окинул взглядом багажник, проверяя, не забыл ли чего, и, сказав напоследок: «Всего доброго!» – исчез в машине. Та моментально тронулась с места.

– И вам! – откликнулась ему Надя, улыбаясь. Затем повернулась к Птице: – Привет! Я вот только-только с вокзала.

– Вижу, – улыбнулся в ответ Птица, кивая на сумки. – Помочь?

– Давай, спасибо. Ты не торопишься?