Читаем Птенчик полностью

– Лиза-а-а-а! – протянула Соня. – Лиза-а-а-а-а! Ну пожалуйста-а-а!

Лиза молчала.

– Ох, – сказала Соня, прислушавшись. – Нас птички зовут. Слышишь?

Вот.

Ли-за!

А теперь:

Со-ня! Со-ня!

– Они просят нас выйти!

– Совсем и не похоже. Так что угодно можно услышать, например: Фи-ля! Фи-ля!

– Вот видишь, они и собачку зовут! – Соня прижала к себе игрушку. – Пойдем на улицу. Пожалуйста!

Лиза поймала себя на мысли, что действительно слышит свое имя.

«Замолчите, – подумала она. – Пусть они замолчат».

За окном, на сером лоскутке неба, с пронзительными криками летели утки. Лиза не особо разбиралась в утиных повадках, но считала, что в это время года птицы должны ровным клином лететь на юг, а не носиться как сумасшедшие над опустевшими дачами.

– Ладно, пойдем. Только веди себя тихо.

Соня улыбнулась и закивала.

Мама говорила: «Не раздвигайте шторы, не открывайте двери и окна, сидите тихо, как мышки».

Но мама не всегда права.

Высокая трава перед домом была примята, а на сырой земле виднелись следы. Любому хватило бы одного взгляда, чтобы понять: здесь недавно были люди. Да и приходилось ли маме сидеть в этом пыльном гробу?

Девочки вышли во двор, ежась от сырого ветра, дувшего со стороны реки.

– Ну как? Веселее стало? – спросила Лиза.

Соня надулась и стала пинать куст лопуха.

А ведь они могут быть рядом, те, от кого бежала мама. Может быть, они и сейчас прячутся в зарослях, смотрят и ждут.

Девочки прошлись по саду до конца тропинки, где через дыру в заборе был виден поросший камышом берег речки и черная вода.

Девочки глядели на нее, пока не стало скучно.

– Ладно, пойдем уже, я чай сделаю, – Лиза потянула сестру за руку. – А то простудишься еще.

Соня вывернулась, сунула руки в карманы куртки и пошла впереди. Уже у самого дома, рядом с лавочкой, она вскрикнула, упала в траву и вскочила с чем-то желтым в руках.

Лизе показалось сначала, что это просто ворох листьев, но комок зашевелился!

– Смотри: птенчик!

Это был, кажется, утенок или гусенок – Лиза не была уверена. Плоский клюв, перепонки на розовых лапках. Птенчик втянул голову и истерично бил лапками.

– Смотри, какой хороший! Уте-е-ночек!

Девочка невольно улыбнулась. И вправду милый. Она погладила дрожащий теплый шарик.

– Ты только сильно его не сжимай, а то сломаешь что-нибудь.

– Не буду.

Соня присела на лавочку, пристроила утенка у себя на коленях и гладила, придерживая, чтобы не сбежал.

Птенчик поднял голову к небу и тоскливо закричал. И тут случилось странное.

Птицы разом смолкли – остался только этот одинокий крик.

Лизе стало не по себе: пришло какое-то чувство, нет, даже тень его. Понимание того, что прямо сейчас она становится свидетелем чего-то таинственного. Того, что можно назвать чудом. Вот только захочет ли она увидеть его?

По коже побежали мурашки, и волосы на голове зашевелились. Нет, это, наверное, просто ветер.

Птенец перестал кричать, и разом наваждение прошло. Соня опустила его на землю, и, видимо смирившись со своей судьбой, он начал щипать травинку.

– Смотри! Он кушает!

– Ну ладно, – сказала Лиза.

Казалось, беспокоиться не о чем, но в Лизе росло предчувствие чего-то нехорошего. Что-то приближалось.

Девочка отогнала темные мысли. Все хорошо. Вот только внезапное молчание птиц настораживало.

Чудилось, будто отовсюду на них были устремлены взгляды, словно, сами того не зная, девочки вышли на сцену и теперь им приходится играть.

Лиза не выдержала:

– Пойдем в дом, Сонь.

Но та лишь покачала головой, не отрывая взгляда от птенчика: судя по всему, она ничего необычного не чувствовала.

– Ну ладно, ты поиграй пока, а я чай поставлю.

Лиза с облегчением зашла в дом. Теперь он казался более приветливым. Эти старые стены словно были защитой. Лиза долго искала спички, а когда нашла, с улицы послышался крик.

– Соня!

Без раздумий девочка бросилась к сестре, схватила комок шерсти, оторвала от Сони и отбросила в смородиновый куст.

Раздался страшный вой.

Это был здоровенный рыжий кот. Из его красных глаз сочился гной, а шерсть местами вылезла клоками. Он выглядел бы жалко, если б не распахнутая пасть, огромные желтые зубы, черные десны, нёбо и язык. Словно это скалилась сама черная осенняя земля.

Соня поднялась, рыдая.

– Все нормально? – спросила Лиза, не сводя взгляда с кота. Тот явно готовился к атаке.

– Он чуть птичку не съе-е-ел.

Тут кот с воплем бросился на девочек, и Лиза даже не поняла, как сумела среагировать. Она резко выставила ногу, попав подлетающему монстру в бок. Он взвизгнул и опять отлетел в кусты.

Приземлился на лапы, оскалился, но нападать больше не решался. Только смотрел, и из пасти его капала зеленоватая пена.

«Он бешеный!»

Лиза схватила сестру за рукав, потащила в дом и вздохнула с облегчением, лишь захлопнув входную дверь.

– С тобой все хорошо? Он тебя не покусал?