Читаем Псы полностью

– А ты в кого стрелял-то? – удивился я, не увидев под машиной трупов.

– Да хрен ли тут вглядываться, шмальнул в открытое место и всего делов, – эмоционально и как-то даже нервно ответил Деня. Отходняк, наверное, пошел. Я окинул взглядом территорию вокруг наших машин и охренел. Насколько позволял свет от фонаря, удалось разглядеть, что вокруг просто тьма тьмущая дохлых тварей.

– Пап, давайте нахрен заканчивать и валим отсюда. Рядом явно еще остались живые твари, они скоро плюнут на угрозу и ломанутся сюда кушать.

– Вы, блин, своими гранатами нас без глаз чуть не оставили, устроили тут светопреставление. Тут возни осталось на полчаса, бдите давайте. Ты вообще сам-то как?

– Как дурак!

– Ты так полетел, что думали, что всё.

– Деня, помоги забраться наверх, – попросил я брата.

– Ты внизу с ними оставайся, я один понаблюдаю.

И то правда, если что, залезем все в кабину, если успеем. Но никто на удивление от страха не дрожал, храбрятся, мне так вон даже и не стыдно, боюсь. Откуда взялась та тварь, что меня забодала? Ведь только граната хлопнула, а она была тут как тут.

Колеса поменяли минут за двадцать, старые подвешивать не стали, тупо скинули с дороги и поехали дальше. Я сидел сзади в «бардаке» и охал всю дорогу. Досталось мне будь здоров, не столько от удара, сколько от падения с двух метров плашмя. Как не поломался, просто не представляю. Как рассказал батя, им с Васей из машины было хорошо видно, откуда та тварь выскочила. Они смотрели на люк «бардака», ожидая, когда я вылезу, и видели, как я кинул гранаты. Зажмурились, а когда снова посмотрели, увидели, как прямо из-под кабины «Скании» лезет тварь. В этот момент я показался на броне, батя закричал в приоткрытое окно, но пулемет Дениса заглушил его крик. Тварь кинулась и просто сшибла меня собой, Деня в нее не попал, да и не стрелял, боялся меня зацепить, лишь отпугнул. У него как раз лента кончалась, а там трассеры через один стоят. Тварюга убежала в лес, даже не раненная.

Свернув с трассы на бездорожье, я опять осадил Дениса, чтобы ехал медленнее.

– День, ладно «шишига», но «Скания» точно кувырнется на наших буераках. Дороги-то нет, давай осторожнее.

Ехали долго, но пролезли все. Батя позже сказал, что «Скания» идет вполне себе уверенно, но если бы сразу после дождя, то уже не ручается. Сказал ему, что больше нам на ней и не ездить. Лучше положить ее на бок на дальнем конце деревни, со стороны леса. Она аккурат займет место от забора до забора, все тварям посложнее к нам лазить будет. Высота-то приличная получится. Но батя возразил, говорит, так хоть знаем, откуда бегут, а если появится препятствие, будут лазейки искать, вынужден был с ним согласиться.

Встречали нас, несмотря на темноту, всей деревней, ну детей по понятной причине из домов не выпускали. Мне пришлось вылезать с помощью брата, как-то уж очень сильно все болело, особенно левая рука в локте. Света, увидев, что меня чуть ли не на руках вытаскивают, бросилась всех расталкивать, пришлось издалека кричать, что все нормально, не поверила.

– Больше никуда, слышишь, никуда не поедешь, хватит. Мне что, тебя каждый раз по новой хоронить? – супруга рвала и метала.

– А вот хоронить меня не надо, по крайней мере еще лет сорок, вот тогда и озаботишься, а пока, как говорили наши братья-евреи: не дождетесь!

Ржали все, даже я, несмотря на боли. Как оказалось утром, рука все-таки была плоха, то ли небольшой перелом, то ли растяжение. Когда проснулся, появилась температура и в районе локтя рука стала толще. Одна тетка из деревенских была до выхода на пенсию медсестрой, причем помощником хирурга, осмотрела и сделала тугую повязку, обрадовала, что на перелом не похоже, скорее сильный ушиб или, как я и предполагал, растяжение. Не обрадовала тем, что приказала две недели руку держать в полном покое. Посетовала:

– Мазь бы сюда хорошую, или лучше гель от ушибов, «Спасатель» был раньше хороший гель.

– Ой, как знал, как знал, – заржал я и указал на улицу.

– Чего? – уставилась на меня Зинаида Андреевна.

– Там целый аптечный киоск загружен, не разгрузили еще разве? Лекарствам, думаю, в основной массе ничего не сделалось. Конечно, всякую муть внутрь принимать страшновато, а вот мази и тому подобное, думаю, вполне себе годные. – Не зря мы, выходит, за грузовик на дороге воевали.

– Да, конечно, тем более у многих мазей срок годности года три, иногда два, так что точно можно пользоваться, хуже вряд ли будет.

– Светик, сходи к мужикам, они сейчас разгружаются, я предлагаю аптеку вообще в машине оставить, оттуда и будем брать, если что. Можно перевязочные по домам раздать, ну для гигиены что-то, а все остальное пусть оставляют.

– Ага, а меня аптекарем посадишь?! – ехидно ухмыляется Зинаида Андреевна.

– Я вас за язык не тянул, принимайте аптеку, товарищ военврач, – в свою очередь подковырнул я.