Читаем Псы войны полностью

В этот момент из калитки выбежал Есигуй и бросился вниз по улице. За ним гнались трое, полуодетых мужчин с мечами в руках.

Недолго думая, я вскочил и бросился наперерез. Мне не хотелось понапрасну проливать кровь, поэтому деревянная палка оказалась как нельзя более к месту. Нападавшие видели, что их цель убегает, и совершенно не ожидали моей атаки. К тому же их глаза еще не в полной мере адаптировались к темноте, а разум был ослеплен яростью. Спустя несколько минут все было кончено. Трое преследователей лежало на земле, но из дома бежали еще люди, и я поспешил, как можно быстрее ретироваться. Темная одежда, да набежавшая на диск луны тучка сильно помогли мне в этом.

Погоня замялась, пока слуги оказывали помощь своим господам, а я спокойно скрылся в переплетении переулков и вскоре вышел к дому. Привратник что-то проворчал, но не стал задавать вопросов. В доме было тихо, я прошел к себе и лег спать.

* * *

Спать пришлось недолго. Как только первые лучи солнца осветили коньки крыш, в ворота уже стучалась дворцовая стража, а восход мы уже встречали в дворцовой тюрьме, рассматривая небо через толстые кованые прутья.

Есигуй сидел на охапке соломы, поджав ноги к подбородку. Попав в подобное заведение впервые, он был подавлен и молчалив.

Я хорошо понимал, что наша ночная выходка не останется без последствий, но то, что мы оказались в каземате, было немного странным.

Конечно, мы устроили шум на весь город, ввязались в драку со стражей, да еще уложили несколько человек, но это все были мелочи за которыми, конечно же, следует выговор, но в тюрьму не сажают. Вероятно, случилось еще что-то. Но из рассказа Есигуя, ничего особенного я не узнал. В порыве страсти, он тайно отправился на ночное свидание, рассчитывая тайно проникнуть в покои Ньясы, поскольку и сам Юшмынь и его гости должны были в это время отдыхать после пиршества. Но по дороге он каким-то образом наткнулся на служанку, которая, решив, что это воры подняла крик на весь дом. То, что случилось позже, я видел своими глазами, и даже принял в этом кое-какое участие.

Солнце поднялось в зенит, когда к двери подошел тюремщик. Я поинтересовался насчет обеда, но кроме усмешки не получил ничего. Обычное дело, но на Есигуя это произвело гнетущее впечатление. Он уже решил, что наши головы непременно украсят базарную площадь на потеху толпе, и вновь впал в уныние.

* * *

Князь Ваньян Аруда искренне не любил таких людей как дувэй Юшимынь. И дело было совсем не в знатности и древности рода, князю не нравилось то, какими методами этот человек решал все свои проблемы, дувэй мог продать все что угодно, если за этим стояла хоть какая-нибудь выгода, такие понятия как честь и совесть были ему незнакомы с самого его детства.

Вот и сейчас, Юшимынь пытался упрочить свое положение при дворе, выдавая одну из своих дочерей за сына начальника дворцовой стражи. В другое время князь не стал бы ничего предпринимать, начальник начальником, но это только должность, которая быстро может уйти в другие руки, но в дело оказался втянут родственник, пусть дальний, но все же родственник. Конечно, все это было мелкой шалостью, учиненной молодым повесой. Но от оскорбленного дувэя можно было ожидать всего, и князь отдал распоряжение об аресте Есигуя с заключением его под стражу. В тюрьме хоть и плохо, но достать его там будет намного сложнее, чем в темном переулке. Конечно, можно подкупить стражу, но князь предусмотрительно сменил охранников, на своих людей.

Теперь, когда все было сделано, и племяннику ничего не угрожало, князь Аруда решал, как же использовать этот случай в свою пользу. Юшимынь все еще требовал головы Есигуя, но достать ее он не мог. Спустя две-три недели он успокоится, а помолвку его дочери никто не расторгнет, дувэю нужны связи, а у начальника стражи большие финансов меньше чем снега в июньский полдень. Только вот зачем Юшимыню понадобилось все это, и почему именно начальник дворцовой стражи, а, например, не главный писарь, у которого тоже был молодой сын, и к тому же более способный, чем этот увалень Сянвэй.

Князь подошел к столу и взял игральные палочки. Подкинув их несколько раз, он записал выпавшие цвета на клочке бумаги, получилось поровну, два раза красное и два раза черное.

— Вот так. — Сказал он сам себе, теперь один ход решает выигрыш или нет. Он отложил игру в сторону и развернул несколько писем.

В посланиях с севера сообщалось о том, что Великий Хан северных земель собирается начать новый поход и покорить земли Урусу, для этого по всем северным землям собирается усиленная дань.

Князь просмотрел еще несколько писем, в которых говорилось об урожаях в северных провинциях и поголовье скота, и вновь вернулся к первому письму.

— Получается, что Хан не соберет достаточного для похода количества дани. На севере засуха и падеж скота. То, что завоевал Тай-цзу Хан, давно растрачено или осело в сундуках у чиновников, а деньги всегда нужны, иначе все рухнет в одно мгновение. — Подумал про себя князь.