Читаем Психушка монстров полностью

Голова разболелась неожиданно, как будто гвоздь в темечко вбили. Эдик аж пошатнулся и упёрся ладонью в стену рядом с захлопнувшейся дверной створкой. К горлу подступила еле сдерживаемая тошнота.

— Нехорошо тебе? — Дубль участливо подхватил его под локоть. — Давай в комнату помогу дойти. Перенервничал, небось. И то хорошо, что остался, тут же как дома, всё для тебя, всё — твоё. И не надо никуда уходить…

Теперь, когда парень отдал медальон, больше влиять на его решения не получится. Оставалось надеяться, что от высказанного при свидетелях Эдик не откажется.

— Универ уже хрен знает сколько прогуливаем, а скоро сессия, — досадливо бубнила Ксюша, пробираясь следом за подругой по занесённой снегом кладбищенской дорожке. — Отчислят и что тогда?

— Работать пойдём, — ответила Валька, которая как ледокол пробивала дорогу среди нерасчищенных снежных завалов. — У тебя другие варианты есть? Или надо было с мертвецким кулончиком до выходных обниматься? Может, я мнительная, но мне тоже порой кажется, что я эту Катеньку слышу.

Валя резко затормозила, переводя дыхание, и ткнула рукой в варежке вперёд и чуть вправо:

— Вон она.

Ксюша прищурила глаза, но даже несмотря на новое прекрасное зрение, не смогла прочесть надпись на памятнике.

— Откуда ты знаешь? Даже портрета толком не видно.

— Так голос же оттуда, — терпеливо, словно Ксюша — ребёнок, спрашивающий очевидное, пояснила Валька.

Они быстро преодолели последние пару сотен метров, Ксюша смахнула снег с таблички. Екатерина Трофимова, действительно, дата смерти 16.11.2016 г. Девушки положили металлическое сердечко на подножие памятника, в самый сугроб, а сверху присыпали снегом, чтобы не было видно и кто-нибудь излишне любопытный не унёс снова Катенькино сокровище.

Когда дело было сделано, Ксюша всё-таки спросила:

— Валь, а какой голос?