Читаем Психологические типы полностью

"Эта работа возникла первоначально из моей потребности определить те пути, по которым мои взгляды отличались от взглядов Фрейда и Адлера. Пытаясь ответить на этот вопрос, я натолкнулся на проблему типов, поскольку именно психологический тип с самого начала определяет и ограничивает личностное суждение. Поэтому моя книга стала попыткой заняться взаимоотношениями и связями индивида с внешней средой, другими людьми и вещами. В ней обсуждаются различные аспекты сознания, многочисленные установки сознательного разума к окружающему его миру, и, таким образом, конституируется психология сознания, из которой просматривается то, что можно назвать клиническим углом зрения". /24- Ch.7. P.233/

Впервые книга "Psychologische Туреn" вышла в Цюрихе в 1921 году в издательстве "Rascher Verlag". В последующие годы появились ее переводы на английский, французский, итальянский, греческий, испанский, португальский, голландский, шведский, японский, русский языки. Надо отметить, что появление книги на русском языке оказалось возможным благодаря усилиям русского издателя - эмигранта Эмилия Карловича Метнера, который в августе 1914 года бежал из воюющей Германии в Швейцарию, был вначале пациентом Юнга, а затем после "чудесного исцеления" стал его близким другом и последователем. Будучи редактором и издателем известного еще в дореволюционной России издательства "Мусагет", Метнер задумал и осуществил четырехтомное издание трудов Юнга на русском языке, которое открывалось публикацией "Психологических типов", вышедших в Цюрихе в 1929 году. К слову сказать, сокращенный перевод "Типов" (Введение и 10-я глава) вышел еще раньше, в 1924 году, в Москве седьмым выпуском серии "Психологическая и психоаналитическая библиотека" под ред. И. Д. Ермакова. Сотрудничество Юнга и Метнера (на этапе мучительного вынашивания Юнгом собственного образа Самости и параллельной работы над "Психологическими типами") в деле подготовки и осуществления русского четырехтомного издания составляет ключевой узел отдельной обширной и малоизученной темы "Юнг и Россия".

При подготовке данной публикации использовалось русское издание 1929 года в переводе Софии Антоновны Лорие. Воспроизводится и редакторское предисловие Э. Метнера к публикации "Психологических типов".

Необходимо сказать о внесенных изменениях. Прежде всего были изменены устаревшая орфография и лексика. Заменен и ряд аналитико-психологических терминов, они приведены в соответствие с их современным употреблением. Так, например, термин "Я" заменен на "Эго", что соответствует последующим редакциям самого Юнга при подготовке им более поздних изданий книги. Во всех случаях замена сопровождается соответствующими пояснениями в сносках. Текст публикуется с незначительными сокращениями.

Поскольку основной задачей ставилось издание текста, соответствующего шестому тому Собрания сочинений /15- Vol.6; 23- Bd.6/, то с этой целью в книгу помимо основного текста включено приложение, содержащее четыре важные работы по типологии, две из которых переведены заново (см. соответствующие сноски в тексте приложения). Заново переведен параграф "Самость" - главы XI.

В. В. Зеленский

От редактора русского издания 1929 г.

Асклепий, выделившись из Аполлонова божества, приобретает полную самостоятельность.

Вячеслав Иванов

Дионис и прадионисийство. 1923

Подобно тому как не ощущают сердца, пока оно бьет нормально, так первобытный человек не воспринимает психики как чего-то хотя и связанного с его природой, но все же особенного - пока эта психика функционирует без задержек и конфликтов. Собственно говоря, без осознанной душевной расколотости и не могла бы никогда возникнуть никакая, пусть даже очень далекая от строгой научности, эмпирическая психология. Она есть плод, здоровый конечно, осознания этой расколотости, которое породило рефлексию и вызвало к деятельности особое начало, воспринимающее внутренний мир, в отличие от элементов восприятия, то есть психологического объекта. Так началось объективирование психики (на помощь которой до того приходила магия, мифика и религия), то есть становление ее предметом сознательного восприятия; и чем дальше шло это объективирование, тем более и более эти восприятия преобразовывались в познания, потому что тем более и более воспринимающий субъект освобождался в своей деятельности от определяемости душевными элементами. Дальнейшее развитие психологии как специальной науки, а тем более возникновение психоаналитической теории и практики есть результат таких коллективных и индивидуальных потрясений современного культурного человечества, которые уже не могли найти истолкование и умиротворяющий исход в мифологии, религии и метафизике, как то было в древности и в Средневековье или сейчас еще у первобытных народов. Психика должна была быть вскрыта и обнажена как внутренняя природа, чтобы ее теоретическая автономность могла быть осознана в той же мере, в какой это уже давно имело место в физике.