Там, у края моста, связанная и удерживаемая двумя добровольцами, стояла с разбитым лицом непреклонная Астарта, которая, как казалось, совершенно не слушает того, что ей говорит стоящий напротив её священник, а бросая поверх голов свой взгляд в толпу, искала в ней кого-то. Но вот священник что-то спрашивает у неё, на что следует ответный отрицательный кивок, презрительно смотрящей на него Астарты, которую тут же хватают умелые руки добровольцев и тянут её к краю моста. И вот, когда она уже сталкиваемая с моста, бросает свой последний взгляд в толпу, то она, наконец-то, замечает рвущегося к ней и что-то кричащего Астароту, отчего её лицо озаряется улыбкой, с которой она в тоже мгновение скрывается из его виду, а через секунду и в глубине реки.

Так стоящие не у края моста, слышат, разве что только звучный удар тела об воду и из-за своей отдалённости, могут только полагаться на свой слух, ожидая комментария тех, по их мнению счастливчиков, которые оказались на краю моста и могут наблюдать за всем тем, что там происходит.

–Ну, что там? – не имея возможности пробраться дальше, не выдерживает и орёт Астарота.

– Пока тишина. – Отвечает кто-то там из добровольцев. Следом проходит ещё пару минут мёртвой тишины, которую постепенно начинает нарушать, появляющийся шёпот зевак.

–Ну и где же она? – в начале спрашивая самих себя, а затем, уже обращаясь к инквизитору, потекли вопросы со всех сторон. На что последовал уже свой логический ответ, начиная с тихого «ведьма» и заканчивая, оглашением вердикта инквизитором:

– Да, воистину тысячеглаво и обольстительно зло, умея скрываться под личиной самых кротких и притягательных лиц. И надо признать, что это чёртово отродье, умеет обманом или чем другим, смутив душу честного христианина, войти в доверие к нему, для того чтобы бесовскими делами своими, свести с пути праведности и благочестия. – Начал свою проповедь инквизитор. При упоминании же его слов о пути праведности, его помощники, бросив взгляд друг на друга, вдруг побледнели и видимо, дабы не смущаться своего обоюдного соседства, начали выбираться с этого места.

Астарота же, тем временем, выбрался из толпы и мчался к реке, вдоль берега которой слонялись с баграми крестьяне, а недалёко от места судилища, вниз по реке, находилась лодка, с находящимися в ней членами инквизиторской комиссии.

–Ну, что там? – кричали с лодки кому-то из тех, кто в зарослях камышей рыскал вдоль берега реки.

–Да вода мутная, ничего не разберешь. – Кричали в ответ поисковики. Астарота бросился в эти заросли и, вырвав у кого-то из рук багор, зайдя по пояс в воду, принялся шаг за шагом, методично прочёсывать участок за участком реки. Сколько это длилось, наверное, и сам Астарота не скажет, но то, что он никогда не остановится в своих поисках, это факт. – Сплюнув, поглядывая на Гериона, замолчал Фокалор, любивший тешиться перед этими, всему верящими провинциалами.

–Фокалор, конечно, ещё то трепло, но всё же, если в его словах есть хоть толика истины, то мне надо будет это использовать. – Подумал Герион и, вернувшись к столу, подняв трубку внутренней связи, рявкнул в трубку:

– Начальника восьмого рва, срочно ко мне!

Глава 9

Ознакомительная знаковость оптимизма

– А я ведь уже лет сто не сидел на велосипеде. – Накручивая педали своего двухколёсного друга, летя по проселочной дороге, наперегонки со смеющейся Гелей, глотая пыль, выкрикивал Илья.

– Иля, потише, а то мне не угнаться за тобой. – Cыплет бисером слов Геля. Но разве после столького сидня в городе, вырвавшись в деревню на свободу, он в состоянии это сделать. Вот то-то. И вот он сейчас, на скорости минуя небольшой поворот, вдруг неожиданно для себя, натыкается на рогатое чудище, в простонародье называемое коровой. Ну а она, как и все её сородичи, само собой, поступает привычно, в согласии со своим видовым мировоззрением, в котором для должного усваивания луговых трав, им просто необходимо выйти на проселочную дорогу, на которой нужно обязательно дождаться своего, ничего не подозревающего путешественника и тут же перегородить ему дорогу. После же этого ловкого маневра, корове нужно дождаться, пока у того не выдержат нервы и он не станет безостановочно сигналить. И вот этот-то звуковой сигнал, включив определенные рецепты у этой и ничего, что только мычащей, но совсем не глупой скотины, и позволит улучшить её усвояемость организма и значит качество молока.

–А ну пошла отсюда. – Кричит Илья этой упорно смотрящей на него скотине, которая надо отдать ей должное, даже не думает пошевеливаться.

–Смотри, как она на тебя грозно смотрит. – Засмеялась, остановившаяся рядом Геля.

–И чего теперь делать? – даже немного взмок спрашивающий Илья.

–Так ты, посигналь ей. Может она на сигнал среагирует. – Лезет со своими умными подсказками Геля.

–Сама посигналь. – Недовольно отвечает ей Илья.

– Ну тогда, иди, открывай. – Протяжно зазвенел её велосипедный звонок.

– Что-что ты сказала? – схватившись руками за уши, пробормотал Илья, которого оглушил звук этого звонка.