Читаем Псевдонаука полностью

Погрешности и побочные эффекты



В науке полно ограничений: ограничения методов, измерительных приборов. Любая научная теория имеет свою область применения. В основе физических измерений лежит понятие «погрешности». Ничего в науке нельзя сказать со стопроцентной вероятностью.

Какие-то процессы не поддаются точному описанию из-за множества параметров, которые нужно учитывать. Например, мы не можем делать точные прогнозы погоды на месяц вперед не потому, что погодой управляют языческие боги (хотя кто знает, кто знает… наука учит сомневаться во всем), а потому, что погодные условия в данной местности зависят от множества факторов. Микроскопические погрешности в определении физических погодных факторов приводят нас к тому, что делать точные прогнозы погоды – сверхсложная задача.

При тестировании нового лекарства вероятность получить осложнения или побочные эффекты не так уж велика, допустим, 1 к 100 000. Но что это по факту означает? Это значит, что при тестировании нового препарата на людях, из 1 миллиона испытуемых примерно 10 человек, ввиду индивидуальных особенностей организма, возможно, получат серьезные негативные последствия, может быть, даже летальный исход. Акушеры заявляют, что смертность при родах в современных роддомах составляет примерно 10 случаев на 100 000. На самом деле страшные цифры. Но налицо и честное признание предела своих текущих возможностей.



Какова же точность астрологии? Почему астрологи не пишут в своих гороскопах: «Вам с вероятностью 88 % сделают выгодное предложение по работе» или «Романтическая встреча сегодня вечером приятно завершится с вероятностью 69 %»? Заявляет ли экстрасенс о возможных негативных последствиях своей целительной практики? Почему конспирологи уверены в своих выводах «на все сто»? Почему в их разоблачительных текстах не встречаются фразы «я не уверен», «сомневаюсь, что», «вероятно, что»?

В инструкции к кеторолу (обезболивающее) длинный перечень возможных побочных эффектов, множество противопоказаний и описываемые симптомы при передозировке. В инструкции к гомеопатической пустышке «Анаферону» побочных эффектов нет. Да и какие они могут быть, если кроме сахара там ничего нет? Разве что диатез. Можно было бы провести интересный эксперимент: сравнение эффективности разных видов терапии при мигренях. Насколько гомеопатия эффективнее по сравнению с кеторолом или другим обезболивающим (не забудем про плацебо). На мой взгляд, отсутствие побочных эффектов, слабых мест, возможной неэффективности – это тревожный признак, повод включать скептицизм.

Критерии доказательности постоянно развиваются. Если в старые-добрые времена рассказы очевидцев религиозного чуда, личный опыт эскулапа, логические рассуждения древнегреческих мыслителей и т. п. были достаточным доказательством правоты высказывания, то в XXI веке в качестве подтверждения требуются более серьезные причины. Очень наглядна эволюция методов доказательств в медицине.



Эволюция доказательств в медицине

Современная медицинская методология именуется коротко и ясно: «доказательная медицина» (evidence-based medicine). Базовый тезис доказательной медицины можно сформулировать так: если больному дали лекарство или назначили лечебную процедуру и после этого больному стало лучше, это не всегда связано с действием лекарства или процедуры.

Методологии доказательной медицины посвящены целые учебники, настолько она изощренна и систематизирована.

Согласно современной классификации, можно выделить следующую иерархию доказательности в медицинских исследованиях (в частности, в клинических испытаниях). Иногда доказательства по значимости разделяют на четыре или пять уровней. Рассмотрим их в порядке возрастания значимости.

Уровень 4–5 (самые слабые доказательства). Сюда относятся отдельные описанные случаи заболевания и/или лечения некоторого заболевания. Этот тип наблюдений очень важен для фиксирования случаев редких заболеваний, когда просто негде набрать обширную статистику[88]. Однако далеко идущих выводов из отдельных случаев делать не стоит. Например, лекарство может подойти одному больному, но не подойти другому.

В этот же уровень доказательности относят выработанную общую точку зрения (консенсус) группы экспертов по некоторому вопросу. То есть разные врачи, на основании личного профессионального опыта лечения той или иной болезни, делают выводы об эффективности данной методики или лекарства.

Уровень 3 (более серьезные доказательства). Доказательства получены в результате хорошо спланированных неэкспериментальных исследований. Например, это может быть ретроспективное исследование – когда изучается архив историй болезни для данного заболевания. После статистической обработки (если описанных случаев много) можно выдвинуть некоторую гипотезу о причинах или особенностях развития заболевания. Слабым местом данного исследования являются неточная выборка случаев или неполная запись в истории болезни.



Перейти на страницу:

Все книги серии Библиотека Гутенберга

Безумие ли?
Безумие ли?

Основная цель книги – борьба со страхом и предубеждением к больным с психическими расстройствами. С одной стороны болезни психики, «безумие» рождают необычный и противоречивый интерес, с другой – «сумасшествие» является настолько пугающим, что в общественном сознании рождается желание закрыться, удалить психически больных из жизни общества. С третьей стороны, некоторое невежество, рожденное страхом, приводит к определенным спекуляциям в этой области. Зачастую родственники больных обращаются к неврологам, психологам, а то и вовсе к экстрасенсам и шаманам, а к психиатру боятся идти. Но вовремя не оказанная помощь может привести к более худшим последствиям, чем необходимость числиться на учете. Данная книга поможет взглянуть на все эти проблемы и будет способствовать уменьшению стигматизации и предубеждений перед психическими расстройствами и психиатрией.

Александр Станиславович Граница

Медицина

Похожие книги

Теория струн и скрытые измерения Вселенной
Теория струн и скрытые измерения Вселенной

Революционная теория струн утверждает, что мы живем в десятимерной Вселенной, но только четыре из этих измерений доступны человеческому восприятию. Если верить современным ученым, остальные шесть измерений свернуты в удивительную структуру, известную как многообразие Калаби-Яу. Легендарный математик Шинтан Яу, один из первооткрывателей этих поразительных пространств, утверждает, что геометрия не только является основой теории струн, но и лежит в самой природе нашей Вселенной.Читая эту книгу, вы вместе с авторами повторите захватывающий путь научного открытия: от безумной идеи до завершенной теории. Вас ждет увлекательное исследование, удивительное путешествие в скрытые измерения, определяющие то, что мы называем Вселенной, как в большом, так и в малом масштабе.

Стив Надис , Шинтан Яу , Яу Шинтан

Астрономия и Космос / Научная литература / Технические науки / Образование и наука
Юрий Олеша и Всеволод Мейерхольд в работе над спектаклем «Список благодеяний»
Юрий Олеша и Всеволод Мейерхольд в работе над спектаклем «Список благодеяний»

Работа над пьесой и спектаклем «Список благодеяний» Ю. Олеши и Вс. Мейерхольда пришлась на годы «великого перелома» (1929–1931). В книге рассказана история замысла Олеши и многочисленные цензурные приключения вещи, в результате которых смысл пьесы существенно изменился. Важнейшую часть книги составляют обнаруженные в архиве Олеши черновые варианты и ранняя редакция «Списка» (первоначально «Исповедь»), а также уникальные материалы архива Мейерхольда, дающие возможность оценить новаторство его режиссерской технологии. Публикуются также стенограммы общественных диспутов вокруг «Списка благодеяний», накал которых сравним со спорами в связи с «Днями Турбиных» М. А. Булгакова во МХАТе. Совместная работа двух замечательных художников позволяет автору коснуться ряда центральных мировоззренческих вопросов российской интеллигенции на рубеже эпох.

Виолетта Владимировна Гудкова

Драматургия / Критика / Научная литература / Стихи и поэзия / Документальное
100 великих замков
100 великих замков

Великие крепости и замки всегда будут привлекать всех, кто хочет своими глазами увидеть лучшие творения человечества. Московский Кремль, новгородский Детинец, Лондонский Тауэр, афинский Акрополь, мавританская крепость Альгамбра, Пражский Град, город-крепость Дубровник, Шильонский замок, каирская Цитадель принадлежат прекрасному и вечному. «У камня долгая память», – говорит болгарская пословица. И поэтому снова возвращаются к памятникам прошлого историки и поэты, художники и путешественники.Новая книга из серии «100 великих» рассказывает о наиболее выдающихся замках мира и связанных с ними ярких и драматичных событиях, о людях, что строили их и разрушали, любили и ненавидели, творили и мечтали.

Надежда Алексеевна Ионина

История / Научная литература / Энциклопедии / Прочая научная литература / Образование и наука