Читаем Прыгун полностью

Минут пятнадцать спустя, когда от транспортников и прыгунов остались лишь медленно парящие в космосе остовы, Хакль вызвали в капитанскую каюту. Она поднялась с кресла, все еще продолжая видеть перед глазами разорванные куски кораблей и танцующие в пустоте маленькие, словно фарфоровые, фигурки. Голограмма изображала тела убитых в виде небольших точек, почти неразличимых на фоне космоса, но пристальный взгляд мог увидеть сквозь неостекло несколько больше.

– Что, старик на ковер зовет? – спросила Сюзи, но Эрин никак не отреагировала, двинувшись к двери словно автомат. Заместительница первого пилота пожала плечами и склонилась над навигационной консолью.

«Суматоха» была кораблем не столько ухоженным, сколько полным изящества. На полу в коридорах лежали ковры, а у стен стояли цветы в закрепленных горшках, над которыми висели картины с родных планет офицерского состава. Где-то там был и прекрасный, спокойный образ Персеи – планеты серебристых холмов. «Интересно, где висит картина Буковского? – промелькнуло в мыслях Эрин. – И когда ее снимут?»

Пройдя около тридцати шагов, она остановилась перед простой гидравлической дверью и, нажав кнопку звонка, вытянулась по стойке смирно. Десять секунд спустя дверь почти бесшумно ушла в потолок, и второй пилот «Суматохи» перешагнула порог.

В капитанской каюте Токкаты она была лишь однажды, во время «приветственного обеда». Стремясь создать приятную семейную атмосферу, капитан иногда заменял стюарда, подавая блюда – впрочем, исключительно удавшиеся. Теперь он сидел за своим компьютерным столом, оборудованным системой наблюдения за всеми секторами корабля, и просматривал какие-то документы, доставая их из лежавшей на столе папки. Это были распечатки, а не обычные голограммы или плоскофильмы на экране проектора – так называемые «документы на настоящей бумаге». Рядом мерцала голограмма с какими-то приказами, наверняка от Альянса. Эрин видела их словно в тумане.

– Вольно, – сказал капитан. – Я просмотрел твои бумаги, Хакль. Выпить хочешь?

Вопрос застиг ее врасплох, и она сперва покачала головой, но внезапно ответила, удивляясь самой себе:

– Была бы вам крайне признательна, господин капитан.

– Само собой, – Бата отложил документы и, встав из-за стола, подошел ко встроенному в стену бару, составлявшему часть монолитного корпуса искусно спроектированной мебельной стенки. – Ты заслужила. Первый раз, да? Естественно, я не про алкоголь.

– Да, господин капитан.

Он налил ей бокал прозрачной жидкости, напоминавшей обычную воду. Подождав, пока капитан выпьет сам, она опрокинула содержимое бокала в рот и тут же почувствовала, как горло обжигает жидким огнем. Эрин закашлялась, с трудом сдерживая слезы.

– Спирт, – пояснил Токката. – Сейчас пройдет.

Она кивнула.

– Еще? – спросил он, но, видя, что она все еще приходит в себя, с довольным видом направился к ней вокруг стола. С такого расстояния хорошо было видно, какой он толстый. В воздухе между ними ощущался легкий запах кислого пота. – Я доволен тобой, Хакль, – заявил он. – Ты отлично справилась с задачей.

– Спасибо, господин капитан.

– Можешь не благодарить, – он махнул рукой. – Если я тебе говорю, что доволен – значит, так и есть. А что касается твоих бумаг – они просто отменные. Прекрасные оценки в Академии, выдающиеся достижения на симуляторах… Ты проходила подготовку у Астры Кармокен?

– Да, господин капитан.

– Настоящая средневековая сука, – хихикнул он, явно довольный собой. Казалось, будто у него светятся белки глаз. Неужели он был пьян? Только что выпитый спирт успокаивал, но и, как ни странно, позволял трезво взглянуть на окружающее. «Похоже, он и вправду поддатый, – решила она. – Не особо, но слегка под мухой. Впрочем, какое мне…»

– Так мы ее называли, – продолжал Токката. – Бурая сука. Она здорово нас гоняла в Академии. Ходили слухи, будто она организовала себе нелегальную кибернетическую поддержку у стрипсов. Представляешь? Так или иначе, баба она была крайне неприятная, но специалист прекрасный. Когда я узнал, что это она написала рекомендацию, я взял тебя не задумываясь, – он замолчал, ожидая улыбки Хакль, но та сумела лишь скривить губы. Явно приняв гримасу за искреннюю, он продолжил: – Не то что этого придурка Буковского. Как ты понимаешь, его ждет суд. Может, ему ничего и не будет, такое уже случалось, но карьеру его можно считать законченной.

– Он полагал, что на борту транспортников гражданские, – начала Эрин, но Бата махнул рукой, и она закрыла рот.