Читаем ПРОВОКАЦИОННАЯ ТЕРАПИЯ полностью

Мы допускаем, что больные не вылечиваются, если у них не сформировалось желание этого, и что больные вылечиваются, если они захотят этого. Каждый человек отвечает за свои чувства и поведение, он может их изменить (о формировании восприятий и чувств речь будет впереди) по выбору или по желанию – если захочет. В настоящее время в философии и психологии понятие желания не пользует большой практикой, мы тоже не намерены избыточно и волюнтаристски толковать его. Мы также не хотим сказать, что все подвластно «силе воли». Тем не менее в психотерапии идея желания до сих пор является существенным понятием, поскольку на практике людям, осознающим свое место в жизни и желающим вылечится, просто необходимо понимать это. Большинство наших клиентов смогут излечить радикальным образом, если они захотят этого.

Большинство терапевтов, подводя психологическую основу, искали возможность избавить своих пациентов от избыточного, ненужного, на их взгляд, чувства вины. Делалось это ценой подавления личности, когда заявлялось, что человек не свободен, что он – жертва. Когда больному упорно внушалась эта мысль, к сожалению, он воспринимал ее декодируя, как отчаяние: «Тут не поможешь», или «Если не смог помочь себе в прошлом, не сможешь и в будущем. Нечего обвинять себя, ведь ты беспомощен».

Т: (Устало) Ух, начнем. Что, что, ты думаешь, отличает тебя от других людей? Ведь нельзя отрицать, что ты не такая, как другие. Скажи, твои сестры шесть раз лежали в больнице?

К: (После паузы) Нет.

Т: (Быстро) Почему нет? А ты лежала в больнице?

К: (Автоматически) Мой брат лежал.

Т: (Настойчиво) Сколько раз он лежал?

К: (Спокойно) Не считала, но немного.

Т: («Объясняя») О, да! Может быть, ты похожа на брата, а сестры не похожи на вас… и вы с братом… наверное, слабая половина семьи, а они – сильная.

К: (Соглашаясь): Ну, они уже не были маленькими, когда заболела мама (душевной болезнью).

Т: («Поддерживая» ее) Видишь, что мы имеем. Я так и знал! Если только поискать… К. (Продолжая) И что, я…

Т: (Не слушая ее) Это твоя мать испортила тебе жизнь! Она не совсем здорова, и твои дети могут быть не совсем здоровы. Понимаешь, что я имею ввиду? Психологический детерминизм… Как на картах, все было предопределено.

К: (Подавленно) О-о-о…

Т: (Не слушая) Это твоя судьба, что «о-о-о» (имитируя ее)?

К: (Чугь веселее) Это… ужасно слышать.

Т: (Наклонившись к ней) Разве ты не думала об этом?

К: (Протестующе) Ну, я думала…

Т: (Со значением) Ну и?

К: (Протестующе) Но я, я, вы ведь согласны, что…

Т: (Перебивая) Я бы не сказал.

К: (С протестом) Я не так здорова, как вы, и у меня эти… упаднические, плохие мысли…

Т: (С силой) Так!

К: (Безжизненно) Но у меня есть надежда, мистер Фаррелли?

Т: (Смеясь) Ты можешь думать об этом, но я тебе этого не говорил, хорошо? Так о чем будем говорить?

К: (Озадаченно) Хм-м?

Т: (Быстро обьясняя) Ты говоришь, я говорю… послушай, ты думала обо всей этой чепухе, но не хочешь, чтобы я говорил об этом вслух. Чего же ты хочешь?

К: (Чуть заинтересованно) Не люблю, когда вы соглашаетесь со мной.

Т: (Перебивая) В чем?

К: (Закончив) Что нет надежды.

Кроме психотерапевтов немногие люди понимают, что человек не отвечает за то, что совершает, он не выбирает поведение, он пассивен. И даже эти терапевты, когда они находятся не на работе, в каждодневном общении с людьми не всегда помнят это. У разумного человека много возможностей организоваться в группы, однако нет ни одной группы, которая не учитывала бы интересов своих членов, которые, в свою очередь, определяют выбор, ответственность и сознание того, что они – члены группы, общества.

Терапевт призван помочь пациенту в соблюдении прав и всего необходимого. Помощь должна быть всем иной, даже если он ограничивается терапевтическим общением с глазу на глаз с пациентом. Однако часто даже в этом случае помощь терапевта бывает однобокой, когда он оставляет больного один на один с реальностью. Как только терапевт начинает семейную терапию или групповую, чего никогда делал Фрейд (Ср.: Статья Броди от 1970 г. об ограниченных и уклончивых описаниях историй болезни Фрейдом) перед ним сразу встает проблема прав и нужд других людей.

Никогда не существовало группы людей, где бы права предоставлялись без каких-либо обязательств. Однако, очень часто пациенты думают сначала о своих нуждах, а об обязательствах в последнюю очередь. Терапевт же, занимающийся провокационной терапией сразу скажет: "Послушай Шалтай-Болтай, я знаю, это не в твоем стиле, но говорили тебе когда-нибудь, что время от времени тебе придется считаться с нуждами других во-первых, во-вторых и в-третьих, а уж потом они станут считаться с твоими".