Читаем Провинциальная девчонка полностью

Мишель тряхнула головой и улыбнулась.

– У отца для меня есть куча забавных прозвищ.

Тео, все еще смеясь, поднял глаза и случайно увидел в левом углу конверта название юридической фирмы.

– Вот оно. Вот оно, – прошептал он, ударив по столу.

– Ты о чем?

– Связь. Та же самая адвокатская контора. Сукин….

Повернувшись, он схватил письмо.

– Не возражаете?

– Валяй, – разрешил Джейк.

– Но ты не объяснил… – начала Мишель.

Тео положил ладонь на ее руку.

– Через минуту. Хорошо? Где мои очки?

– У тебя на носу.

– А, ладно. Господи, все сходится!

Джейк и Мишель молча наблюдали, как он читает письмо. Закончив, он отодвинул стул и встал.

– Мне срочно нужно в Новый Орлеан.

Мишель подняла письмо и наспех пробежала глазами. В соответствии с инструкциями Кэтрин ее поверенный, Филипп Бенчли, извещал каждого из наследников о величине состояния усопшей и суммах завещательных отказов. Семейство Ренаров получало четыреста тысяч долларов, которые следовало разделить поровну между Джейком и тремя его детьми. Розе Марии Винчетти доставалось сто пятьдесят тысяч долларов за многие годы верной службы Кэтрин. Джону Расселу, мужу Кэтрин, отписывалось ровно сто долларов. Остаток огромного состояния переходил эпстонскому птичьему питомнику.

– Она оставила мужу всего сто долларов? – ахнула Мишель.

– Должно быть, брак оказался несчастливым, – заключил Джейк.

– Да что вы? – вставил Джон Поль из кухни.

– Роза уж точно терпеть его не могла, – добавил Джейк. – Как мило со стороны Кэтрин не забыть в завещании экономку! Роза преданно о ней заботилась.

– Джон скорее всего подписал брачный контракт, по которому деньги Кэтрин оставались в ее распоряжении, – решила Мишель.

– Он наверняка попытается опротестовать завещание, – убежденно заявил Тео. – Чем он занимается?

– Адвокат, – ответил Джейк. – Работает на один из больших банков в Новом Орлеане. Сам я никогда с ним не разговаривал, и это просто позор! Нам с Майк даже не удалось принести ему свои соболезнования на похоронах, верно, детка?

– Да, папочка. Но тут моя вина. Мне нужно было вернуться в больницу, а тебе пришлось меня отвозить.

Беседу прервал звонок сотового Тео. Это оказался Ноэ.

– Где ты? – поинтересовался Тео.

– Только сейчас добрался до Сент-Клера.

– Приезжай к Джейку. Знаешь дорогу?

– Да. Буду через десять минут.

– Что ты раскопал?

Тео прошел через кухню на затянутое сеткой крыльцо и закрыл за собой дверь. Мишель, предположив, что Тео не желает говорить при посторонних, решила пока накрыть на стол. Джон Поль, прислонившись к тумбе, окатил ее яростным взглядом.

– Что это с тобой? – удивилась она, открывая ящик и доставая подставки для тарелок.

– Собираешься впустить в дом еще одного фэбээровца?

– Именно. И нечего дуться, Джон Поль. Я не в настроении терпеть твои выходки. И ты будешь вежлив с Ноэ.

– Да неужели?

– В самом деле. Папа! Джон Поль…

Дальше продолжать не пришлось. Брат досадливо тряхнул головой и улыбнулся.

– По-прежнему ябедничаешь на меня, хулиганка?

– И по-прежнему срабатывает, – улыбнулась в ответ Мишель. – Спасибо, Джон Поль.

– Я не сказал…

Мишель вернулась к столу и стала раскладывать подставки. Потом устало плюхнулась на стул и положила голову на руки. Из ума не выходили сто тысяч долларов. Она всегда была равнодушна к Кэтрин, и теперь ее терзали угрызения совести. Почему эта злобная, бездушная женщина вдруг сделала такое доброе дело? И что еще Кэтрин ей послала такого, что за обладание этим письмом Мишель хотели убить? И почему полиция вдруг так заинтересовалась его содержанием?

Джейк снова уселся и принялся в который раз смотреть альбом.

– Бедная Кзтрин – выдавила Мишель. – Не так-то много было у нее друзей. На похороны… пришло совсем мало народа. И единственная, кто проливал слезы, – ее экономка. Помнишь, папа? Она оплакивала Кэтрин. Остальным было все равно. И мне теперь не по себе.

Она представила жалкую маленькую процессию, шествующую по кладбищу. Рыдающая Роза перебирала четки. Джон шел позади священника, время от времени оглядываясь на нее и ее отца. И поскольку они никогда не встречались, Мишель предложила, что он гадал, кто это такие. И второй мужчина тоже оглядывался. Он держался рядом с Джоном и…

– О Боже, это он самый… это он! – крикнула она, вскакивая и так спеша рассказать Тео о своем открытии, что сбила стул. Нетерпеливо подняла его и побежала на крыльцо. Но в дверь уже входил Тео. Она наткнулась на него и едва не упала. Тео подхватил ее и вернулся на крыльцо.

– Что случилось?

– Я вспомнила, где видела этого человека раньше… помнишь, говорила, что он показался мне знакомым? Это тот самый тип, – тараторила она.

– Сбавь скорость, – посоветовал он, – и начни сначала.

– Тот курьер, что говорил со мной на стадио?1е. Я все твердила, что его лицо мне знакомо. Сначала думала, что видела его в больнице, но это не так. Он был на похоронах Кэтрин и беседовал с Джоном. Не отходил от него на кладбище.