Само по себе такое наказание считалось незначительным, но влекло последствия весьма существенные: лишало офицера очередных наград и преимуществ при продвижении по службе и увеличения жалования. Он также автоматически становился политически неблагонадежным и попадал в категорию лиц второго сорта.

В 1863 году Александр Николаевич получил четырехмесячный отпуск и уехал из Петербурга к своим родным в одну из деревень Бельского уезда, где занялся изучением сельскохозяйственного устройства пореформенной деревни. Результатом стало опубликование четырех писем в «Санкт-Петербургских ведомостях» под названием «Из деревни» (под псевдонимом А. Буглима). О них уже рассказывалось в первой части книги.

По возвращении его в Санкт-Петербург. Военное ведомство обратилось к императору с просьбой о снятии ограничений с Энгельгардта, и получило положительный ответ.

Тем временем Петербургский земледельческий институт пригласил Энгельгардта для чтения лекций по химии. После неоднократных просьб Главное артиллерийское управление дало разрешение работать в институте по совместительству. Так Энгельгардт сделал первый шаг к увольнению с военной службы в отставку. И с 1 октября 1864 года Энгельгардт стал исполнять обязанности профессора химии.

В те годы Санкт-Петербургский земледельческий институт был небольшим учебным заведением, в котором обучалось всего 70 студентов.

Одновременно с педагогической деятельностью Энгельгардт вёл научно-исследовательскую работу, для чего создал и в институте образцовую химическую лабораторию, которая одной из главных своих задач имела разработку вопроса о применении искусственных удобрений в сельском хозяйстве. В этой институтской лаборатории проходили заседания Русского химического общества в первые годы его существования; А.Н. Энгельгардт был в числе учредителей и активных участников общества.

В 1866 году Александр Николаевич обратился к директору учебного заведения с просьбой о переводе его на постоянную службу в институт. Дирекция поддержала просьбу ученого. И 15 ноября 1866 года последовал «высочайший приказ» об увольнении А.Н. Энгельгардта с военной службы «для определения к статским делам, с переименованием в коллежские асессоры[11]».

Глава 24. Жизнь вторая: недолгая карьера профессора

После увольнения Энгельгардта с военной службы, его в декабре 1866 года назначили профессором в Земледельческий институт на кафедру химии.

В 1866 году он (вместе с А.С. Ермоловым) был командирован департаментом земледелия и сельской промышленности для изучения залежей фосфоритов в средней России (Орловской, Курской и Воронежской губерниях) и применения их для удобрения истощённых пахотных земель. Из этой ученой экскурсии Энгельгардт вынес убеждение, что все юрские фосфориты, залегающие на огромных пространствах России и пропадающие даром, отличаются высоким (до 30 %) содержанием фосфорной кислоты и могут оживить хозяйства северной и восточной полос России, если заняться добычей и обработкой их. Обстоятельства помешали Э. тотчас же заняться разработкой теории о минеральном удобрении. Наступила зима 1870 года, и в Земледельческом институте стало неспокойно…

В 1870 году Александра Николаевича избрали деканом Земледельческого института. В те времена в обязанности декана входила также воспитательно-идеологическая работа среди студенчества. Политический режим в государстве не допускал вольнодумства, в том числе и в студенческой среде.

Энгельгардт, конечно, не изменил своего скептического отношения к власти. Но, чтобы как-то легализоваться, дать возможность студентам обсуждать происходящие в России общественно-политические процессы, Энгельгардт попросил разрешения у директора института на устройство студенческих вечеринок с танцами. Такое согласие было получено. Молодежь с увлечением проводила вечера, где кроме чаепитий и танцев возникали дискуссии по животрепещущим проблемам. Но охранка продолжала отслеживать настроения и среди студенческой молодежи. На вечерах присутствовали внедрённые в студенчество её агенты. И от властей не могло ускользнуть благосклонное отношение декана Земледельческого института и даже его личное участие в «опасной крамоле». Накопив достаточный для преследования материал, органы государственной безопасности дали ход так называемому «Энгельгардтовскому делу», что привело к второму аресту Александра Николаевича.

В ночь на 1 декабря 1870 года в район Лесное, где располагался институт, явились сотрудники органов госбезопасности, при чинах полиции, в сопровождении директора Земледельческого института произвели в квартире профессора обыск. Поскольку Александр Николаевич часто занимался в лаборатории допоздна, то не каждый вечер возвращался на свою городскую квартиру, а ночевал по месту работы.