Читаем Провидец Энгельгардт полностью

Энгельгардт рассчитывал на эволюционный путь развития страны, поскольку помещичьи имения на его глазах агонизировали, и он был уверен, что их земля, так или иначе, перейдёт к крестьянам. А крестьяне, получив увеличенные земельные наделы, поймут, что обработка таких массивов земель вручную, с сохой, окажется невозможной, им потребуются машины. Машины же они смогут приобрести только сообща, пусть сначала через кооперацию, а потом и через объединение в сельскохозяйственные артели. Не исключал Энгельгардт и социалистической революции, о ней непременно заходила речь в Батищеве, когда туда приезжали к отцу его сыновья, один из которых был народник, близкий к эсерам-максималистам, а другой – сторонник народной монархии. Но и революция воспринималась ими в народническом, а не в большевистском понимании. Энгельгардт был уверен в том, что при любом исходе, при эволюционном или революционном развитии страны, неизбежен переход крестьян к коллективному хозяйствованию. Так же, как и в том, что в России восторжествует строй, при котором все возможные трудовые ресурсы страны будут использованы полностью, и исключал капиталистическое хозяйствование, когда фермер отбирает нужное ему количество батраков, а остальное население деревни при этом обращается либо во впавших в первобытное состояние мелких хозяйчиков, способных едва-едва производить пропитание, достаточное, чтобы постоянно поддерживать своё существование на пороге голодной смерти, либо в безработных, заботу о которых должно взять на себя государство. И опять для Энгельгардта критерий эффективности – космически-энергетический: количество пудо-футов полезной работы от использования энергии солнечного луча. И пусть его видение перспектив при его жизни и несколько десятилетий позднее выглядело утопией, в постиндустриальном обществе, когда заводы-монстры, как и сверхмегаполисы, уйдут в прошлое, идея о мелких производствах (как материальных, так и интеллектуальных), размещённых (как и население) более или менее равномерно по стране, возможно, окажется вполне разумной.

Не мог Энгельгардт предвидеть, что в деле коллективизации сельского хозяйства, за которую он ратовал, Советская власть, как это будет показано далее, сначала наломает дров, насаждая в СССР подобие сионистских киббуцев, жертвами чего станут миллионы крестьянских семейств, доведёт страну до голода, а затем задумается над тем, как перестроить колхозы в переосмысленные по-крестьянски сельскохозяйственные артели. И уж никак не мог он ожидать, что величайший абсурд в скотоводстве – стойловое содержание коров с доставкой им корма к стойлу, станет у нас реальностью. Корова должна ходить по пастбищу, в этом залог её здоровья (при достаточном, конечно, корме). Недаром граждане Исландии, отказавшиеся выплачивать мировому финансовому капиталу долги местных банков, всем миром написали конституцию, в которой предусмотрели не только свои права, но и права животных на достойный образ жизни. Пусть век кур на птицефабрике короток, но до конца своих дней курица должна ходить на просторе, а не сидеть от рождения неподвижно в клетке, ожидая неизбежного конца.

Если главное богатство – это земля, то первейшая задача государства – всестороннее освоение, приумножение и накопление этого богатств. Это значит: освоение и окультуривание ещё дикой земли и присоединение этой вновь освоенной земли к земле, ранее уже освоенной, как делал в своём хозяйстве Энгельгардт. Новые земли он использовал для выращивания хлеба, а старые земли, где годами выращивался хлеб, засевал травами для восстановления их плодородия. Но я не зря сказал о всестороннем освоении земли. Это не обязательно её сельскохозяйственное использование. Это может быть и добыча полезных ископаемых, и развитие местных промыслов, и создание курортов. Главное – чтобы земля не пустовала и не была бы необитаемой, заброшенной.

Энгельгардт настойчиво доказывал: В России «земли много. Поезжай куда хочешь, всё только пустыри. Плоха земля? И то нет – поднимай, где хочешь, родит отлично и лён, и хлеб, и траву. А углуби-ка её, пропаши хорошенько, пробери её так, как немец пробирает, – хлеба не оберёшься. Удобрить нужно землю – и на это материалу пропасть – и извести, и торфу, и фосфоритов, столько добра, что немцам и во сне не снилось.

Нетронутой земли пропасть – есть куда раздаться…

А между тем – неурожай, голод, бедность. Почему бы это так?»

И ещё: