Читаем Прототипы полностью

Флай завораживает то, как они общаются. Самый близкий человек в ее жизни — Ира. Но общение с ней все равно всегда носит профессиональный оттенок. Это никогда не мешало Ире быть хорошей подругой, разумеется, но все-таки... Полли и Артем говорят как люди, прожившие друг с другом жизнь, а в случае Марго их «разговоры» и вовсе кажутся чем-то мистическим — девушке иной раз даже не нужно жестикулировать, ее мимика скудна, но они все равно понимают, о чем она.

— А я вообще и не про тебя говорил, когда планировал занять авто, — заявляет Артем невозмутимо. — Мы с Марго положим тех двоих, а вы побежите по адресу. Флай?

— Да, — Флай выныривает из размышлений, — я помню... точку входа.

— «Точку входа»?

Да, точно, она была права — Полли это уже не нравится, а скоро не понравится еще больше.

— Люк в канализацию, — просто отвечает Флай.

Артем победно ухмыляется, но его гримаса дрожит, парня слегка потряхивает.

— Где началось, там и закончится! — возвещает он и нервно смеется. — Не возникай, Полли, это самый надежный способ дать вам время смыться. Практически — смыться в сортир.

Так себе шутка, но Флай смеется только чтобы его поддержать. Артем удивленно вскидывает брови и легко хлопает ее по плечу.

— Ну? — он еще раз смотрит на изображения с камер, переведенные на его наладонник. — Вперед!

Полли не соглашался на это, но противопоставить ему нечего — Артем прав. Глупо, чертовски глупо будет отказываться от шанса поговорить с Соломенной Сандалией, вновь пускаться в бега, сражаться с долбаной «Эккарт», когда ответы совсем рядом.

Вопреки расхожему мнению, в канализацию Аркадии не так-то легко проникнуть, а выбраться оттуда — еще сложнее. Большинство люков заперты под электронный код — наследие все той же холодной войны, когда противники аркадийской независимости взяли за моду шастать тоннелями. Ведь где надежнее всего спрятаться в городе, полном камер и дронов всех мастей? Правильно, буквально под землей. Канализационная Крыса, один из известных виджиланте прошлого, потому и стал известен, что ходил подземками, игнорируя тщательно выстроенную защиту.

Но здесь им везет — у Дока, как у одного из врачей на территории с люком, код был, и теперь его знает Флай.

— Если вас поймают, — с трудом подавив все возражения, говорит Полли, — то не стройте из себя героев, а пытайтесь договориться. Как только буду на поверхности, вытащу вас из любой тюрьмы, идет?

— Само собой, — откликается Артем.

— Можете вообще сказать, что мы разосрались после того убийства, — продолжает Полли. — Вы, мол, так психанули из-за пилы в роже мирного корпората, что послали нас к чертям и вообще знать не знаете, что здесь...

Марго с силой хлопает его по плечу, и он затыкается.

— Правильно, — соглашается с ней Артем. — Как она сказала. Ты, наверное, забыл, что сегодня болтовня не твоя обязанность. Так что просто... доберитесь до этой вашей Сандалии и выясните, наконец, что произошло с Бергом.

Марго едва заметно дергает головой, и Артем добавляет:

— И кто в этом виноват, разумеется.

— Если понадобится, то можете обратиться к раннерам за помощью, когда будете бежать, — вставляет Флай. — Царь Обезьян, Орхидейный Богомол и этот... Кондор.

Она уже тоже начинает понимать Марго без слов, так что поясняет:

— Не любят корпов, помогали нам. Если у тебя глаза что-то записывают, то пообещай запись им.

Новое выражение лица Марго она уже не может прочитать, так что просто опускает на глаза очки. Но Артем одобрительно хмыкает и разворачивается к двери.

— Ну... старт.

Он вырывается на стоянку шумно, со стрельбой и боевым кличем, тогда как Марго, пригнувшись, тенью скользит между машинами. У них нет брони и мало патронов, два пистолета и нож — вот и весь арсенал. Даже Флай понимает, насколько суицидальна эта выходка. Пожалуй, их спасет только то, что корпа в данный момент заинтересована в информации о ней, Флай, а предоставить ее могут только живые противники.

Флай бросается в сторону люка, и Полли бросается следом, стараясь не смотреть на товарищей. Код срабатывает, люк поддается — Флай спускается первой, а Полли едва протискивается, сейчас особенно большой. Спрыгнув в тоннель, Флай задирает голову — там еще видно дневной свет. Там... Полли смотрит на что-то несколько секунд, прежде чем опустить и заблокировать крышку.

Она не хочет спрашивать, что он там видел.

— В порядке, — отвечает Полли, хотя она не задавала вопроса. — О-они... крепкие. Они быстрые. Они прошли со мной столько всякого дерьма, что непременно справятся.

Полли, по колено в настоящем, физическом дерьме, говорит уже на ходу — и далеко не сразу понимает, что идет в неправильную сторону.

— Веду я, — коротко бросает Флай, подсвечивая дорогу наладонником и проглатывая все вертящиеся на языке комментарии.