Это внезапное открытие.

— И тебя не смущает то, что... что я...

Но раннер не слушает ее бормотание. Вместо этого он простирает руку и указывает на крышу дальше и ниже.

— Сможешь долететь? — в его голосе тревога и неподдельный интерес.

Флай тупо моргает на него, прежде чем ответить, механически прикинув расстояние.

— Легко.

Это становится сюрреалистичным — разговор на крыше, убийца и раннер, модифицированный сверх всякого предела, тогда как где-то внизу полиция все еще прочесывает окрестности.

— А с грузом? — продолжает допытываться раннер.

— Тоже. Но подожд...

— Позже, позже!

Раннер вновь подбегает к краю крыши и вновь распахивает руки, широко-широко. Ветер доносит звуки полицейской сирены.

— Мы должны бежать! — кричит Флай, решив отложить вопросы до лучших времен и вновь чувствуя удушающие объятия подступающей паники.

— Именно! — соглашается раннер так же громко, но не шевелится.

— Тогда какого хрена ты творишь? Принимаешь солнечные ванны?!

Здесь и правда много солнца — или его проще замечать теперь, на высоте, под открытым небом. Но восхитительная картина теряется на фоне захватывающей Флай нервозности.

— Я обнимаю небо! — кричит раннер.

Он нелеп, со своими внезапными романтичными порывами. Он похож на шимпанзе-мутанта — непропорционально длинные руки, громоздкие ноги, слишком большие ладони. Широкая и дикая улыбка — то единственное, что роднит его с человеком. Флай вновь чувствует, что собственная улыбка сводит ее скулы.

Дроны начинают орать на два голоса, доносить матом и истерическими криками, что полиция уже окружила здание и пора убираться отсюда. В этой какофонии раннер кричит еще громче и разворачивается. Его движения кажутся лихорадочными и чрезвычайно опасными — пятки замирают ровно на самом краю, одно движение, и он рухнет вниз. Но он продолжает кричать, перекрикивая голоса товарищей и полицейские сирены внизу. Он обращается к Флай:

— Я обнимаю небо! Это наше, знаешь? Раннерское! Гоночное! Для тех, кто вверху!

— Ты чертов психопат! — кричит Флай в ответ.

— Я обнимаю небо! И оно обнимает в ответ! Когда ты падаешь, но выживаешь! Когда кто-то хватает тебя за руку над самым краем! Когда находишь опору там, где ее не было! Когда нет никакой надежды!

— Это не небо меня спасло! Это был ты! И...

«И засунь в зад свой религиозный припадок!» — хочет заорать Флай, но раннер вдруг протягивает к ней руки и цепко обхватывает ее предплечья.

— Да, ангел! — восторженно откликается он. — И теперь — твой черед спасти меня!

Он шагает назад и падает спиной вниз, увлекая ее за собой.

6. Дело дрянь

Здесь много звуков — шум доносится из-за дверей. Гомон, шаги, бит с нижних этажей, бурлящее море смеха, которое то и дело рассекают вопли разной частоты. Какое-то время Полли смотрит на пустую теперь страницу почтового ящика, но звуки всегда на фоне, они превосходно вплетаются в глубокий эмоциональный ступор. Полли медленно моргает, запоминая адрес на скриншоте — strawsandal14@3all.arc — и постепенно отмирая.

Этот человек, который явно знает о Берге что-то, чего не знает Полли, скрывается под Триалом. Возможно, это и к лучшему, ведь Полли даже обычный адрес вряд ли смог бы отследить. Так хотя бы ясно, что у незнакомца достаточно денег на скрытие с радаров и... Соломенная Сандалия? Это похоже на Триаду. Во всяком случае, Полли помнит, как он вместе с товарищами очень тупо, как кажется сейчас, прикалывался над идиотскими кличками, распространенными в этом огрызке китайской мафии. Аркадия подавляет, Аркадия изменяет, и аркадийская Триада на деле вряд ли помнила свои азиатские корни. Однако названия существовали. И казались глупыми только до тех пор, пока Полли не вспоминал о о толпах виджиланте и раннеров, тоже активно использующих прозвища.

Ха-х, да он сам входит не просто в отряд наемников, а в Волчью Стаю...

Триада — это должно быть легче, на самом деле. Легче чем поиски в кромешной темноте. Триада разбита — это новости последних дней, тесно связанные с тем, что корпорация «Эккарт» сменила президента. Теперь корпорация осталась без поддержки мафии, а сама мафия... Ну, в другое время Полли бы порадовался, что кому-то приходится еще хуже, чем ему и его семье.

Но как минимум одна Сандалия из Триады живет и здравствует. И может рассказать, наконец, что же произошло в банке.

Полли поднимается со стула, автоматически проверяя пистолет за поясом и оглядываясь в поисках Бергова схрона. Берг был тем еще параноиком, и Полли ни за что бы не поверил, что тот не хранит где-то в квартире несколько коробок патронов, оружие и, может, даже запасную броню.