Читаем Протоколы русских мудрецов полностью

Вообще, самым идеальным вариантом представляется тот, при котором для клиентов существующих банков ничего не меняется. Когда их безналичные деньги, размещённые на счетах в банке, при его переходе в сферу Б.Р. просто освобождаются от налогов. При этом, даже не потребуется изготавливать новые пластиковые карточки, заново создавая банки данных и заново проделывая весь комплекс работ, необходимых при регистрации и последующем обслуживании клиентов. Это способно заметно упростить переход всей страны на новые принципы однобанковой системы. Однако требует тщательной проработки механизмов такого перехода и формирования договорённостей с приватными банковскими структурами. Немаловажным представляется также то обстоятельство, что при таком переходе к новой форме банковского дела сохраняются рабочие места занятых в прошлом в приватных банках работников.

Рассмотрим теперь такой вопрос. Что происходит с деньгами, «заработанными» приватными банками и являющимися их собственностью? Эти суммы подвергаются действию описанной выше системы срока годности денежных средств, как и все не находящиеся в сфере Центробанка наличные и безналичные средства. Таким образом, у приватных банков не остаётся никаких альтернатив. Они либо просто расстанутся с деньгами, выплачивая налоги, либо будут вынуждены размещать свои средства в подконтрольном Центробанку финансовом пространстве.

Последнее, что остаётся, это поставить эффективный заслон на пути всех желающих вывезти капитал из страны. Но в принципе это не является важным аспектом. Получив в свои руки неисчерпаемый источник инвестирования, государство легко может обойтись без этих сумм. Кроме того, вряд ли можно рассчитывать на чувствительный отток средств из страны. За рубежом ведь никто налоги не отменял. К тому же приток средств из-за рубежа с новыми вкладчиками, желающими избежать налогового обложения за границей, в разы превысит вывоз капитала из страны. Круг замкнулся!

Создание Центрального банка и освобождение его вкладчиков от налогов привело к полному и окончательному уничтожению приватной банковской системы, и долг государства банкам исчез как дым! При этом никто не пострадал, не подвергся репрессиям, государство не дало повода зарубежной закулисе применить санкции против него. Ведь всё произошло вследствие всенародного волеизъявления и в полном соответствии с основными принципами демократии и рыночной экономики. В этом свете представляется возможным предположить, что единственными, кто понесёт ущерб от этих мер, являются банкиры, которые обманом захватили финансовую власть и угнетают народ и государство, используя попавшую к ним власть в личных интересах и постоянно толкающие человечество в кровопролитные войны. Лично мне их не жалко… Кроме того, построенные на награбленные деньги дома, приобретённые ценности и организованные предприятия остаются в их собственности, и говорить о том, что принимаемые государством меры по защите своих финансовых интересов делают их нищими, не приходится.

Ещё раз напомним: очень важно не допустить репрессий именно против этой категории граждан. Это сделает невозможным получение ими поддержки от мировой «закулисы» и разжигания ненависти к нашей стране за рубежом. Однако ожидать того, что банкиры в благодарность за оставление им приватной собственности добровольно откажутся от сопротивления, было бы, по меньшей мере, наивным. Только отменой репрессий тут не обойтись. Привыкшие к абсолютной власти проходимцы непременно попытаются поднять шум в средствах массовой информации и призвать на помощь своих подельников из-за рубежа. При этом они не остановятся на субтильных мерах протестов и судов. Следует ожидать жестокого и подлого сопротивления, подразумевающего убийство наших вождей, разжигание межнациональной розни, драконовские санкции западных стран и даже, возможно, прямую военную агрессию. Реакция на это должна быть быстрой и жесткой, но, тем не менее, не репрессивной.

В стрелковом деле существует понятие останавливающего эффекта. При этом принимается в расчёт не убойная сила патрона, а то действие, которое он производит на противника. Зачастую как раз нелетальные средства производят намного более эффективное действие. Цель, преследуемая при этом, не убить противника, но нанести ему такой урон, чтобы он после этого занимался собой вместо оказания сопротивления. Точно такие же методы применимы и на уровне политико-финансовых отношений. В подобных ситуациях наилучшим образом работает принцип «разделяй и властвуй». Вооружённое реальными знаниями независимое правительство страны, не связанное по рукам и ногам возможными финансово-экономическими санкциями со стороны зарубежных «партнёров», способно как превентивно, так и в качестве реакции на действия мировой закулисы, наносить точечные удары в самое сердце противника.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Славянский разлом. Украинско-польское иго в России
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Александр Владимирович Пыжиков

Публицистика
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945

Американский историк, политолог, специалист по России и Восточной Европе профессор Даллин реконструирует историю немецкой оккупации советских территорий во время Второй мировой войны. Свое исследование он начинает с изучения исторических условий немецкого вторжения в СССР в 1941 году, мотивации нацистского руководства в первые месяцы войны и организации оккупационного правительства. Затем автор анализирует долгосрочные цели Германии на оккупированных территориях – включая национальный вопрос – и их реализацию на Украине, в Белоруссии, Прибалтике, на Кавказе, в Крыму и собственно в России. Особое внимание в исследовании уделяется немецкому подходу к организации сельского хозяйства и промышленности, отношению к военнопленным, принудительно мобилизованным работникам и коллаборационистам, а также вопросам культуры, образованию и религии. Заключительная часть посвящена германской политике, пропаганде и использованию перебежчиков и заканчивается очерком экспериментов «политической войны» в 1944–1945 гг. Повествование сопровождается подробными картами и схемами.

Александр Даллин

Военное дело / Публицистика / Документальное