Читаем Противостоять злу полностью

-Не знаю. Может, именно эти люди рыбу в пруду отравили. Они сидят рядом с прудом на даче, никуда не выходят. Они ведь должны чем-то заниматься?

-А ведь Настя права, - согласился Дмитрий. – Давайте поближе познакомимся с ними.

Ребята переглянулись.

***

Влад встал с утра в дурном настроении. Последнее время у него часто появлялась склонность к агрессии, и если эта потребность, вылить эмоции хотя бы в виде крика, не была удовлетворена, настроение портилось.

Он спустился в просторный подвал, где на цепи висела груша, и хорошенько отдубасил её, даже не одев перчаток. Руки уже привыкли к этим упражнениям, но всё же кисти, незащищённые перчатками во время ударов, болели.

Стороженко вытер потное лицо полотенцем и сел на раскладной стул, откинувшись на спинку. Он уже очень хорошо представлял себе, какое привыкание характерно для «Стора». В начале своего действия препарат сильно улучшал настроение и поднимал физиологическую активность на более высокий уровень. При этом хорошем настроении всё виделось в розовом цвете, и любые идеи воспринимались с энтузиазмом и доверием. Затем постепенно к психологическому состоянию начинала примешиваться агрессивность и уверенность в себе и в своих силах, что, в общем-то, нравилось Владу, но если препарат переставал поступать в организм, к агрессивности начинала примешиваться депрессия, которая, впрочем, уходила при приёме препарата.

Когда Влад понял, что «Стор», вдыхаемый во время производства, начинает управлять им, он стал пытаться избавиться от необходимости принимать препарат. Придумав способ синтеза, позволяющий изолировать себя от паров «Стора», Влад стал пытаться выйти из зависимости, гася вспышки агрессии, боксируя в подвале, а при депрессии принимая алкоголь.

Вот уже неделю в организм Влада не поступало ни миллиграмма МДФ, и ему было очень трудно бороться с тягой к наркотику. Много раз уже рука тянулась к белым ровненьким цилиндрикам, но Стороженко уходил в подвал, где была груша, было спиртное.

Последнее время Владу приходилось выезжать из дома Чебышева и не раз. Он обучил Алика и Рустама минимуму тех операций, которые они должны были выполнять в его отсутствие, чтобы процесс производства не останавливался. В полный цикл синтеза никто не был посвящён, кроме самого Стороженко.

А уезжал Влад по очень важной для него причине. Мечта о доме осуществилась. Стороженко выправил себе второй паспорт, с другой фамилией, и именно на эту новую фамилию и оформил дом, о котором не говорил никому. Имея такой дом, на противоположном конце области, Влад мог в любую минуту спрятаться там, если бы возникла такая необходимость. Спрятаться и от врагов, и от друзей.

Стороженко уже осмотрел своё новое приобретение и теперь вынашивал планы по превращению дома в неприступную крепость, где можно было и прятаться, и деньги хранить. Мысли и планы, касающиеся обустройства дома, придавали Владу сил в борьбе с зависимостью от «Стора». Он вдруг почувствовал себя свободным в выборе места жительства и не хотел впасть в зависимость от таблеток.

От Родиона Влад всё скрывал. Скрывал и покупку дома, и открытие пугающего действия «Стора». Он продолжал твердить, что препарат полностью безопасен и кроме пользы не приносит ничего. Чебышев ему не верил, но и не спорил. Обоих очень устраивал этот источник дохода.

Сидя за рулём своей новой машины, Стороженко ехал из области в Москву в плотном потоке машин. К своему удовольствию он увидел, что на въезде в город пробки нет и, хоть и на небольшой скорости, но всё же машины дружно устремляются в столицу.

Влад собирался заехать к своим старикам, чтобы дать им немного денег. Не будучи жадным, он мог дать и значительно больше, но родители бы не взяли. Для них он работал на строительстве дома в ста километрах от Москвы и копил средства для покупки машины и ремонта квартиры. Мать Влада, Галина Викторовна, очень хотела, чтобы сын женился, и просила отложить и на свадьбу, и на ремонт его комнаты, где, как она считала, возможно, и будут жить сын со снохой.

Она часто затевала с сыном однотипный разговор:

-Владик, время летит очень быстро. Если ты не создашь семью сейчас, не родишь детей, то останешься одиноким человеком на всю жизнь.

-Мам, у нас и так маленькая квартирка, но ты хочешь, чтобы я постороннего человека ещё привёл?

-Ну, если она будет твоей женой, она не будет нам посторонней.

-Это ты так думаешь.

-Но…

-Вот родит ребёнка, отсудит пол квартиры. Ты этого хочешь?

-Да почему же сразу отсудит?

-Да нагляделся я!

-Почему ты, сынок, сразу думаешь о плохом?

Уже не один раз Влад вступал в подобную дискуссию с матерью, и всегда разговор кончался, не переменив мнения споривших…

Влад долго пробирался по пробкам к родительскому дому, и когда звонил в звонок, чувствовал себя очень усталым.

-Кто там? – спросила из-за двери Галина Викторовна.

-Я! Мам, открывай.

-Владик! – обрадовалась Галина Викторовна и широко распахнула дверь, пропуская сына в плохо освещённый коридор.

-Здравствуй, мам. Отец дома? – спросил Влад, чтоб что-то спросить.

-Дома, - ответила Галина Викторовна, стараясь говорить, как можно тише.