Читаем Противостояние полностью

Карета неслась по дороге к городу. Продолжать поиск Лейра была не в настроении – слишком много ушло сил, нужен отдых, хотя бы несколько дней. Может, оно и к лучшему. Воспитательницы предпочитали, чтобы новички поступали к ним небольшими партиями, так было легче приучать детей к порядкам школы. Решено: отдых, восстановление сил. Три дня. И можно будет отправиться за новыми кандидатами в ученики.

Час прошел в полном молчании, за ним и второй, третий. Орделия незаметно для себя уснула – дороги в Инталии были отменными, карета вышла из рук настоящего мастера, и рессоры смягчали любые неровности… под мерное покачивание уснуть было немудрено.

А Лейре не спалось.

Две недели назад состоялся Совет. Как обычно, новости были плохими – не настолько, чтобы двинуть к границам орденские полки, но достаточно, чтобы проявить беспокойство.

Их было пятеро – людей, входивших в Совет Вершителей. Хотя Орден и гордился своими магами – и следовало отдать должное, гордился по праву, – все же среди воспитанников этой школы не так уж часто встречались волшебники, достойные высокого звания. Во все времена в Совет Вершителей Ордена входило не более восьми-девяти человек, но и они не слишком жаждали видеть друг друга, собираясь лишь по самым значительным, не допускающим проволочки поводам. Считалось, что любой Вершитель способен сам принять необходимые решения, дать надлежащий совет правителю Инталии.

В отличие от большинства своих предшественников Святитель Аллендер Орфин не впал в опасное заблуждение относительно своей роли в жизни государства. Являясь номинальным лидером, не имея возможности принимать сколько-нибудь серьезные решения без одобрения Ордена, он эту ситуацию понял и принял. И именно поэтому занимал ложе Святителя уже добрых семьдесят лет. Сейчас это был дряхлый старец, не отправившийся на встречу с Эмиалом только благодаря усилиям магов Ордена, которых сложившееся положение дел вполне устраивало. Святитель принимал участие во всех необходимых церемониях, подписывал любые бумаги, поданные ему с ведома членов Совета, иногда даже высказывал дельные мысли, несмотря на постепенное приближение старческого маразма. Пройдет еще несколько лет – и ему придется оставить этот пост… к искреннему сожалению иерархов Ордена.

Никогда Вершители не снисходили до того, чтобы силой устранить неугодного им главу государства. В этом просто не было нужды. Достаточно угрозы… нет, даже намека на угрозу прекращения процедур продления жизни, и любой правитель сразу же становился предельно покладистым. Особо несговорчивые могли бы обратиться за помощью к магам других школ, но что бы это дало? Сменить Орден на Альянс Алого Пути? Или на Ночное Братство? Не лучшая замена. К тому же, лишившись поддержки светоносцев, Инталия стала бы легкой добычей для агрессивной Империи.

Тем не менее послушный и принимающий правила игры Святитель был куда удобнее, чем пытающийся играть в независимость и строящий из себя истинного владыку. А потому Орден делал все, чтобы правление Аллендера Орфина продлилось как можно дольше.

К несчастью, в этом мире нет ничего вечного.

И это было одной из причин, почему в тот день на Совете присутствовали сразу пятеро Вершителей. Одной – но не самой важной.

Зал, в котором собрались люди, чьи слова и дела оказывали решающее воздействие на политику Инталии, словно с иронией назывался Залом Малых Бесед.

Каждый правитель, выбирая место для своей резиденции, приглашая архитекторов и декораторов, решая еще десятки больших и малых проблем, всегда преследует вполне определенные цели. И потому место жительства властелина всегда говорит о многом.

Грозный замок из темного камня, ощетинившийся зубцами башен, бойницами и наростами машикулей, наполненный мрачной, до зубов вооруженной стражей, говорит о том, что владелец замка проповедует культ силы. Здесь стены украшены мечами и боевыми топорами, каждый из которых имеет свою кровавую историю. Здесь непременно найдутся мрачные подземелья, в которых раздаются лишь стоны и вопли терзаемых пленников. Здесь даже слуги носят на поясах короткие мечи, которыми умеют владеть. Здесь даже непосвященному ясно, что хозяину есть чего бояться. Что власть его держится на клинках. На стали и страхе.