Читаем Противостояние полностью

– А где они все были, когда меня в кутузку сажали? Почему я должна думать об их детях? – все эти претензии к миру выкрикивала женщина крупных размеров, которую не коснулся тюремный режим. Это была женщина сорока двух лет с пышными формами и остатками былого величия. Балованная на воле роскошью и связями, высоко подняв вверх правую руку, выкрикивала как на партсобрании. Монахиня внимательно посмотрела в её сторону и, дождавшись окончания тирады, буквально со слезами на глазах стала отвечать:

– Как тебя зовут, сестричка?

– Тебе какое дело, новообъявившаяся родственница? Мне глубоко плевать на твою болтовню.

Зэчки зашушукались. Некоторые одобрительно хихикали, а другие, насупив брови, зашипели на сокамерницу: – Ты чего привязалась? Чё она тебе сделала? Ты лучше вон Клеопатре клыки покажи, она тебе их быстро повыдергает. Клеопатра сверкнула в ответ глазами и прорычала: Закрой рот и не трогай эту калеку на табуретке.

Монашка повернулась в сторону Клеопатры, низко ей поклонилась, а потом тихо промолвила: Благодарю Тебя, Царица Небесная, что ты защитила меня через рабу Твою. Помяни сие событие Богородице, когда она станет пред престолом Господнем в час страшного суда. Я же буду молиться о вас, Клеопатра.

В зале захихикали:

– Это не настоящее её имя, а кликуха, погоняло. А как её зовут, она уже, наверное, и сама не знает.

Клеопатра что-то шепнула рядом сидящей женщине, та моментально подскочила и крикнула: Если еще хоть одна падла рот откроет, порву!

Стало тихо. Одна только монашка без страха наблюдала за всем происходящим.

– Вы уж простите, сёстры, если оскорбила вас или обидела чем-то. Если разрешите, я вам расскажу, что вы пережили, безымянная узница, когда вас забрали в милицию.

– Давай рассказывай. Нам срок идет, где бы мы ни находились.

– С детства ты росла очень примерной девочкой. Это заслуга твоих родителей. Если я в чем-то ошибусь, ты меня поправь, пожалуйста.

– Ладно. Давай дальше.

– Смышленая не по годам. Среди сверстников лидер, красавица подругам на зависть, а мальчикам на умиление.

– Понятно. Ладно говоришь, но я сама лучше расскажу! – вдруг подала голос Клеопатра и начала свой рассказ:

– Зовут меня Виоланта, как корову в колхозе. Родители решили, видимо, таким образом выделить меня из толпы и ничего умнее не придумали. Школу я закончила с золотой медалью. Меня все хвалили. Я ездила на научные олимпиады, растили из меня гражданина Советского Союза. Очень рано я поняла, что деньги – это власть и возможность красиво жить. Это сейчас проститутки, да малолетние содержанки, а тогда, только если выловили за