Читаем Противоборство полностью

В течение четырех последних месяцев 1941 года в Поволжье и особенно на Урале на основе перемещенных и некоторых вновь созданных предприятий были развернуты танковые, корпусные и дизельные заводы. На базе Челябинского тракторного завода вырос мощный танкостроительный комбинат, заслуженно получивший в народе название Танкоград. Сюда из Ленинграда было перебазировано танковое производство КВ и Харьковский дизельный завод. На заводе заводов – Уралмаше, где раньше создавались главным образом уникальные крупногабаритные машины, началось серийное производство корпусов и башен танков КВ. Группа заводов во главе со Сталинградским тракторным образовала важную комплексную базу танкостроения в Поволжье. Одновременно предусматривалось перебазирование на Урал Харьковского танкового завода имени Коминтерна.

С 1 августа 1941 года на выпуск бронелиста переводился Кузнецкий металлургический завод. Наркоматы среднего машиностроения и черной металлургии получили задание обеспечить немедленную переброску прокатного броневого стана с Ижорского на Новотагильский металлургический завод и установить его к 1 сентября.

Управление производством танков, доверенное В. А. Малышеву, было ответственнейшей задачей. Об этом мне рассказывал И. М. Зальцман, а позже я прочитал в его и Г. Эдельгауза статье «Вспоминая уроки Танкограда» в одном из номеров журнала «Коммунист». Там говорится:

«Сложившаяся в годы войны организационная структура была чрезвычайно простой, в ней отсутствовали промежуточные звенья, по сути, выполняющие лишь передаточные, функции. Сверху донизу она была рассчитана на непосредственную связь руководителя с подчиненными. Наркомат танковой промышленности не имел никаких главных управлений, и все вопросы сразу же решались отделами его центрального аппарата в ходе постоянного общения с заводами. Для сближения наркомата с предприятием в начале войны руководитель комплекса уральских заводов был назначен одновременно заместителем народного комиссара и наделен всеми его правами и обязанностями. Заместителем народного комиссара является и главный конструктор Танкограда».

Танкостроительная промышленность получила задание во втором полугодии 1941 года значительно увеличить выпуск танков КВ и Т-34. Положение было отчаянным. В стране не хватало порохов для боеприпасов, металла. Невероятно трудное положение сложилось и на ЧТЗ. Не хватало броневых корпусов и башен, не было оборудования для обработки крупных деталей, заканчивался запас танковых пушек. Конструкторы, технологи, мастера, рабочие не дрогнули. Казалось, чем неразрешимее задача, тем яростнее брались они за ее решение.

– Прекратилась поставка танковых раций,– доложили директору.

– Доставайте самолетные и приспособьте их,– приказал Зальцман.

При сборке дизель-моторов неожиданно кончилось касторовое масло. Два часа на размышление отвел начальнику отдела снабжения М. Г. Ушкову директор завода. Михаил Григорьевич скупил в ближайших аптеках всю касторку.

Танкостроение – чрезвычайно металлоемкое производство. Из металла, который расходовался на один танк Т-34, можно было сделать, примерно, 10 больших автобусов, или 20 грузовых автомобилей, или 50 легковых автомашин. Для того чтобы организовать массовый выпуск танков, нужно было прежде всего обеспечить поставку металла и производство металлозаготовок в виде слитков, проката, поковок, штамповок и отливок из многочисленных марок черных и цветных металлов, из броневой стали – в крупных масштабах.

Большое количество металла понадобилось уже в процессе всеобщей перестройки заводов – в особенности чугунного литья. Оно требовалось для металлургической оснастки, строительства термических печей, изготовления приспособлений и других работ. А его не хватало.

В один из дней осени 41-го в присутствии генерала армии Г. К. Жукова В. А. Малышев доложил И. В. Сталину, что нет нужной стали для выпуска танков в количестве, установленном ГКО.

Сталин посмотрел на наркома колючим взглядом и сердито произнес:

– Почему вы мне об этом сообщаете? Вы задание от ГКО получили? Ищите! Выполняйте!

Г. К. Жуков после войны, вспоминая этот случай, рассказывал писательнице Елене Ржевской:

– И представьте себе – нашли! 300 тысяч тонн. Малышев написал Сталину докладную записку: «Имеется 300 тысяч тонн стали. Прошу разрешить использовать».

А это был фундамент Дворца Советов, который закладывался на месте разрушенного в 30-е годы храма Христа Спасителя. Храм строился около 50 лет в прошлом веке «в благодарность богу» за победу над Наполеоном и на память последующим векам. Но фундамент для строительства Дворца Советов, как ни насыщали его металлом, оседал на неблагоприятной почве, где выстоял храм. Строительство законсервировали.

Сталин прочитал записку наркома танковой промышленности, походил по кабинету, что-то обдумывая, а затем взял синий карандаш и написал резолюцию: «Разрешаю. Войну выиграем, построим заново».