Читаем Противоборство полностью

«16 января мне доложили, что меж рабочими поселками № 5 и 6 наши артиллеристы подбили танк, который по своему виду резко отличается от известных нам типов боевых машин противника, причем гитлеровцы принимали всевозможные меры для его эвакуации в тыл.

Я заинтересовался этим и приказал создать специальную группу в составе стрелкового взвода с четырьмя танками, которой была поставлена задача захватить подбитый вражеский танк, отбуксировать его в расположение наших войск, а затем тщательно его обследовать.

В ночь на 17 января группа во главе со старшим лейтенантом Косаревым приступила к выполнению боевого задания. Этот участок местности противник держал под непрерывным обстрелом. Тем не менее вражеская машина была доставлена в наше расположение».

О подробностях этого эпизода я узнал от других товарищей.

14 января наши войска отбили очередную контратаку в районе рабочих поселков №. 5 и № 6. Враг отступил и оставил на ничейной полосе подбитый нашими артиллеристами неизвестный ранее по своей конфигурации танк. Его обнаружили бойцы 86-й танковой бригады.

Немцы, должно быть памятуя историю с шестью «тиграми», которая имела место 21 сентября на этом участке фронта, и гнев Гитлера, предпринимали [365] отчаянные попытки для эвакуации танка в свой тыл. Задача, возложенная Жуковым и Мерецковым на специальную группу из 18 человек во главе со старшим лейтенантом А. И. Косыревым, была не из легких. Фашистское бронированное чудовище было огромных размеров, а 86-я бригада имела только легкие танки, поэтому для буксировки «тигра» группе А. И. Косырева выделили их не один и не два, а четыре.

В ночь на 17 января под покровом темноты группа двинулась к подбитому танку. Гитлеровцы непрерывно обстреливали этот участок. Несмотря на потери, группа добралась до цели. Когда смельчаки проникли внутрь танка, они обнаружили там фугас, заложенный в моторно-трансмиссионное отделение. Почему фашисты не воспользовались им – остается только гадать. Косыреву пришлось повозиться, чтобы обезвредить мощный заряд, после чего приступили к буксировке машины. Это оказалось очень трудным делом. 4 наших легких танка впряглись, как четверка лошадей, по два на каждый буксировочный крюк «тигра» и, надрываясь от натуги, поволокли 55-тонную махину. К утру трофей был в нашем распоряжении.

Георгий Константинович Жуков свидетельствует:

«В результате изучения танка и формуляра, подобранного, на снегу, мы установили, что гитлеровское командование для испытаний перебросило на Волховский фронт экспериментальный образец нового тяжелого танка „тигр“ под номером один».

Нет, это был уже не экспериментальный образец. Экспериментальные погибли 21 сентября 1942 года под Мгой. В зимних боях под Ленинградом появились уже серийные танки, запущенные в производство фирмой «Хеншель» в Касселе.

Как мы уже знаем, эти машины только в августе 1942 года начали выпускаться фирмой «Хеншель», в войсках их насчитывалось вместе с «тиграми» Порше всего немногим более трех десятков. Вопреки здравому смыслу Гитлер потребовал бросить их в бой разрозненно: пятерку «тигров» Порше под Киров для патрулирования дороги и по одной роте «тигров» Хеншеля под Ленинград и Ростов. Уж очень фюрер хотел увидеть в «тигре» неуязвимую, всесокрушающую машину. Генерал Гудериан в книге «Воспоминания солдата», подводя печальные итоги поражений танковых дивизий вермахта на советском [366] фронте, с грустью сетовал на то, что

«противник преждевременно получил ценнейшие сведения о новом танке».

Забегая вперед, отметим, что позднее, в Курской битве, немецко-фашистское командование применило «тигры» в большом количестве. Однако наши войска смело вступили с ними в противоборство, зная их уязвимые места.

Павел Степанович Севернюк, проживающий в селе Снегиревка Николаевской области, участник прорыва блокады Ленинграда, тоже рассказал мне о случае захвата исправного «тигра» в январе 1943 года. В то грозное время войны Павел Степанович был помощником начальника технической части танкового батальона 16-й танковой бригады Волховского фронта. Захваченный «тигр» оказался совершенно исправным. Гитлеровцы не сделал из него ни одного выстрела. Экипаж, очевидно, погиб во время артиллерийского обстрела. Он ночевал не в танке, а в землянке, и там, очевидно, наш снаряд и накрыл его.

П. С. Севернюк поведал и о тактике действий «тигров» в «бутылочном горле».

«Я не видел,– рассказывал он,– чтобы „тигры“ ходили в атаку. Немцы держали их в засадах и стреляли с расстояния 1,8 – 2 километра по нашим танкам».

Трофеи – машины, оружие, боеприпасы, танки – тоже дают «показания» и могут достаточно многое рассказать и о себе, и о их создателях. В иных случаях «показания» танков даже ценнее сведений, которые дают на допросе пленные танкисты. Так было и с «неуязвимыми тиграми».