Читаем Против всех полностью

Но Ржешевский — всего лишь боец идеологического фронта. А как сам Жуков оценивал свои действия в июне 1940 года, которые подтолкнули Гитлера к тому, чтобы начать подготовку к нападению на Советский Союз?

Жуков свои действия не оценивал никак.

«Красная звезда» (15 декабря 2009 г.) называет мемуары Жукова «бесценной книгой». Но в этой «бесценной книге» великий полководец забыл сообщить своим восторженным читателям о том, чем он занимался в мае 1940 года. В это время Гитлер громил Францию, а Жуков находился в Москве и не занимал никаких должностей. Якобы сидел без всякого дела.

Но дело у него было. В это время Жуков готовил войну против Румынии. Недавний опыт войны в Финляндии показал, что к малым войнам надо готовиться так же серьезно, как и к большим. 7 июня 1940 года Жуков прибыл в Киев не с пустыми руками, а с уже готовым планом разгрома Румынии в случае, если Бессарабия и Северная Буковина не будут отданы без боя. Создание Южного фронта и сосредоточение войск не требовали новых встреч со Сталиным для уточнения деталей. Все уже было решено и отработано — оставалось только готовить войска.

Но Жуков обо всем этом в своих мемуарах не вспоминал и не размышлял. В первом издании о Румынии и Южном фронте не сказано ни слова! Второе издание вышло уже после смерти Жукова, но и в нем нет никаких упоминаний о Южном фронте.

С начала 1980-х годов я на протяжении двух десятков лет часто выступал на британском радио, в основном в программе Севы Новгородцева. И упорно долбил в одну точку: Жуков не помнит, что в июне 1940 года существовал Южный фронт, что сам Жуков был командующим Южным фронтом, что действия этого фронта сыграли роковую роль в судьбе нашего народа, нашей Родины!

Не знаю, мои ли вопли подействовали, или сказалось влияние какого-то иного фактора, но постепенно память покойного стратега прояснилась, и через 20 лет после своей смерти он, наконец, «вспомнил» о том. что Южный фронт существовал и что сам он этим фронтом командовал. Соответствующий фрагмент был вписан в мемуары, правда, с упором на какие-то комичные моменты и без углубления в серьезные вопросы.

Жаль, что вспомнив о Южном фронте, стратег не стал размышлять о последствиях своих действий.

5

В своих мемуарах, многочисленных интервью и выступлени ях Жуков представлял себя стратегом, а Сталина — трусливы! человечком, который в военных вопросах не разбирался — п< крайней мере в первой половине войны. Жуков заявил режиссеру Григорию Чухраю: «Сталин боялся войны. А страх — плохой советчик» (Красная звезда. 19 сентября 1995 г.).

Восхитительно! Если Сталин боялся войны, то великому стратегу Жукову следовало в мае 1940 года сказать: товарищ Сталин, затея с освобождением Бессарабии и Северной Буковины предельно опасна. Особенно сейчас, когда все танки, все самолеты, весь флот, все толковые генералы и почти все дивизии Гитлера воюют во Франции. Мы же Гитлера напугаем! Ему Румынию защищать нечем. Зачем нам Бессарабия, да еще в такой момент? Разве нам с тобой земли в Советском Союзе не хватает? Прикинь, товарищ Сталин, что мы ведем полномасштабную войну против Японии, что у нас своей нефти нет, что мы ее покупаем в независимом Азербайджане, который себя от мощного противника защитить не может. И вот рядом с этими жизненно важными для нас районами добычи нефти кто-то сосредоточил полумиллионную армию с тремя тысячами танков, двумя тысячами самолетов, с десятком тысяч орудий. Нам же с тобой, товарищ Сталин, будет нехорошо. Так прикинь же, каково сейчас Гитлеру. Ведь он же на нашу угрозу должен как-то реагировать. Какие у него варианты? Отвести угрозу от Румынии Гитлер может только разгромом Советского Союза. Мы же своими действиями провоцируем Гитлера на ответный удар! Мы же нарываемся на германское нападение! Ведь Гитлер ради обороны Германии будет вынужден начать войну против нас!

Сталин, по словам Жукова, был глуп и труслив, а сам Жуков был мудрым и храбрым стратегом. Отчего же мудрый и храбрый Жуков не удержал Сталина от роковой ошибки?

6

Советским Союзом правили три силы: партия, армия и органы Государственной безопасности.

Когда мы говорим о партии, то подразумеваем смежные и родственные ей структуры: государственный аппарат, включая суды и прокуратуру, коммунистический союз молодежи, прессу (а она вся была партийной), профсоюзы.

Когда мы говорим об армии, то имеем в виду еще и военную промышленность, военизированные организации, десятки миллионов резервистов.

Когда вспоминаем органы Государственной безопасности, то принимаем во внимание весь карательный аппарат пролетарской диктатуры: легионы стукачей, милицию, пограничные и внутренние войска, тюрьмы, лагеря.

Так вот, в июне 1940 года в Киеве встретились три деятеля:

1. Первый секретарь Центрального Комитета Коммунистической партии Украины Хрущёв — это партия;

2. командующий войсками Киевского особого военного округа (и Южного фронта) генерал армии Жуков — это армия;

3. народный комиссар внутренних дел Украины комиссар Государственной безопасности 3-го ранга Серов — это ГБ.