Читаем Против течения. Избранное полностью

Нынешней ночью – кромешных потёмокглубь созерцая – придумалось мне:в доме оставлен ослепший ребёнок,взрослыми брошен…Бревно на бревне,дом оседал. Неразумные тваристены точили, и пахло грибкомв комнатах дома. И было по паретварей на стену. И восемь – на дом.Немощный, бледный, со слабостью в теле,белые в тьму упирая зрачки,мальчик вжимался в простенок; и пелистранную песню слепые сверчки,дом разрушая, из стен выпускаяживших когда-то людей голоса.Слов проплыла шелестящая стая,слуха коснувшись…Смежая глаза,он обмирает и голову клонит,тёмной, неведомой силой влеком, —падает на пол, уткнувшись в ладони,нож ощущая шестым позвонком.

1982

Подражание тютчевскому

…Душа устала быть душой, —в её раздвоенности, в тойнеразрешимости слияньясиянья утреннего с тьмойглухой, полунощной, густой —её вседневные метаньяи ежедневный подвиг твой, —душа устала быть душой…

1982

Сумасшествие

Свет ли фонарный, свеча ли в руке —странно мерцают за чёрным стекломв круглом окошечке слуховомдома напротив, на чердаке;в ближнем к фронтону. Загадочный свет,зыбкий. И полночь недавно пробило.Полночь пробило. Нечистая силав проклятой – Богом забытой – Москвешабаш справляет… В полночной Москве.Шабаш в столице безбожной и вольной,бесчеловечной, бесколокольной,Бога забывшей. Загадочный светгаснет. К тому же теперь Рождество,месяц восходит с рассветом – у краянеба крадётся, чтоб не украли.…Сыплются стёкла, разбившись, и в створтени выходят, светясь наготой.Выйдя на гребень, застыли у труб —холодно голым стоять на ветру,снег приминая разутой ногой,переступая… Со стуком и храпомчёрные кони явились гуськом, —шестеро взмыли густым косякомна юго-запад.

1982

Неоконченный черновик

Под нами нищая земля,бездушная звезда над нами.Мы воспалёнными губамислова пощады и прощеньяв надежде шепчем – нет спасенья! —бездушная звезда над нами.Сухими скорбными словамимы славим смертное весельеи наше тёмное похмельев чужом пиру – с р е д и Ч у м ы,и землю, что любили мы,и землю, что любила нас,и влагу жалкую у глаз,и страх— прощения моля, —мы славим скорбными словами.Будь проклят век, родивший нас!Под нами нищая земля,бездушная звезда над нами.

1985

Из деревни – бывшим

Чего добились вы? Блестящего расчёта:Губ шевелящихся отнять вы не могли.
Перейти на страницу:

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее