Читаем Прости… Забудь полностью

Появился еще один сложно переживаемый момент: В 12, я начала осознавать, что мальчики, да и мужчины постарше смотрят на меня не просто так, есть в их взгляде что-то более глубокое, то чего я пока не могу понять, но некомфортно и очень сильно раздражает. Да, даже на меня, зажатую девочку, так смотрели. Мне внимание несимпатичных людей не льстило, хотелось сказать: «Не смей»! Произнести подобное я могла только в мыслях. Появились неясные прикосновения в транспорте. В то время я, в целях отрицания происходящих неприятностей врала себе, что не так все поняла, прикосновение было случайным. На деле, слишком боялась осознать происходящее и отреагировать, хоть что-то сказать. Мое сопротивление ничего кроме смеха не вызовет, или, еще хуже, меня же и обвинят в том, что спровоцировала. Причем в первую очередь обвинят именно тетки. И это только взгляды и руки не на самых «тревожных» местах. Что приходилось пережить, если услышишь за спиной «у нее растут «сиськи», или то, что сказал какой-то выродок на улице той самой школьной подруге, осмелившейся купить себе чупа-чупс и идущей с ним по улице: «А у меня не хочешь пососать?» Тело менялось быстрее, чем мозги. Изменения эти перенести очень сложно. Очередная доза непереносимого мужского внимания, помимо оскорблений одноклассников, к которым я привыкла, становилась еще одной причиной, по которой я ненавидела себя и этот мир. К жизни в котором совсем не была готова.

Я все пытаюсь подойти к событию, которое сыграло решающую роль в консервации моей личности. С 1-го по3-ий класс я училась с одними детьми, потом с другими. В старом классе было очень своеобразное существо. Сын настоящего, отмороженного бандита. Вел он себя соответственно. Особенно его ярость проявилась, тогда, когда мы перестали быть одноклассниками. Обзывался, один раз спичку зажженную в меня кинул. А потом произошло самое мерзкое происшествие. Мне было 13, я возвращалась домой, не помню откуда, но точно не из школы, часов в 5 вечера. «Домофон» в те времена еще не установили. Зайдя в парадную, я увидела этого самого пацана. Было неприятно и страшно проходить мимо, но я решилась. Боялась, что будет кричать вслед, если развернусь и уйду. Меня всю жизнь губил слабо выраженный инстинкт самосохранения и глупая уверенность в том, что со мной ничего не случится. Отвела взгляд, пошла мимо, на 2-й этаж, не оглядываясь. На лестнице услышала шаги и слова:

–Лерка, чо одна шляешься, не страшно?

Я боялась ответить, молча продолжила подниматься. В этот момент он подбежал ко мне, схватил, засунул руку под юбку и трусы, дотронулся там, где нельзя было. Я обернулась, растерянная, униженная.

–Не бойся. Тебе приятно было? Я еще приду.

При этом он мерзко засмеялся. Это был не первый раз, когда я ненавидела себя за то, что не смогла защититься, но самый отвратительный. Что я почувствовала? Страх. Жуткий, дикий страх, я не могла рукой пошевелить, мне казалось, что если сейчас я попробую сказать что-то, или тем более ударить, он изобьет меня, причинит еще больше боли. Хотя… куда больше? Это потом, прокручивая ситуацию, я поняла, что могла развернуться, бежать, ударить, стучать соседям. Да даже и избил бы он меня, не хуже чем то, что уже случилось. Я почувствовала себя мразью, которую только что поимели как хотели, а я позволила так с собой поступить, значит достойна того, что произошло. Случилось ужасное и виновата в этом только я, спровоцировала своей беззащитностью.