Человек, отрывая от себя то, чего ему и самому не хватает – обыкновенное внимание к себе, родному, к своим желаниям, – в конце концов умирает в мучениях, как все мученики, которые живут ради кого-то. Посмотрите, чем заканчиваются красивые истории самопожертвования. «Я ему всю молодость отдала», «Я всю жизнь посвятила детям» – эти и подобные фразы начинают душещипательные рассказы о том, как человек себя не любил и достал всех окружающих требованиями этой любви к себе. Отдавая самое дорогое, хотя нас об этом никто не просит, мы обязательно требуем возврата и, как правило, не получаем. И кони бегают по кругу. От обиды, что не оценили, до чувства вины, что ещё жив.

Сколько раз в день меня призывают к совести и стыду за то, что я распоряжаюсь своим временем, блогом и жизнью, как мне хочется! Людям очень важно для себя самих меня приструнить, воспитать, заткнуть и выровнять. Заставить быть как все и не выпячивать своё мнение у себя же на странице в соцсети. Все эти претензии люди предъявляют, только чтобы успокоить себя и не меняться. Во что бы то ни стало они хотят поменять других. Какие-то доисторические установки, которые были призваны сохранить когда-то жизнь, всё ещё движут человеком. Люди, нам больше не нужно выживать, время изменилось, и всё, что нам сейчас необходимо, – это только проявлять свою суть, свою уникальность, находя внутри себя то, зачем мы пришли в этот мир.

У счастливого человека нет ни совести, ни стыда, ни чувства долга. Он способен делать и давать по любви, это его и наполняет энергией, вдохновляет на новые идеи и даёт глубочайшие смыслы жить. Ему не нужна мотивация, чтобы смотреть за мамой в старости, заниматься любовью с мужем или вести хозяйство, пока ребёнок не захочет помочь сам. Он не надеется ни на кого и не боится старости. Он не манипулирует, и никто им не управляет. Некоторые сочиняют про какие-то тайные организации, которым выгодно манипулировать людьми. Якобы это не мы сами решаем, а кто-то за нас придумал правила, и мы по ним живём. Как будто людей заставляют впрягаться в ипотеки, кредиты, неподъёмные займы на свадьбы, квартиры и машины. Тебе лишь предлагают прожить не свою жизнь в долг, а уж ты сам соглашаешься или нет. Брать взаймы или быть довольным тем, что у тебя есть здесь и сейчас. Принять условия и извлечь из них выгоду, какими бы они ни были. Но это не для всех.

Как и в природе, среди людей тоже существует естественный отбор. И если раньше очевидным было, что выживает сильнейший, хотя на самом деле хитрейший, то сейчас достаточно быть свободным в своём сознании. Но это встречается ещё реже, чем сила или хитрость и ловкость. Поэтому переживать совсем не стоит, задавая мне вопрос «А что, если все начнут делать что хотят?» и прочие мои любимые «А если?». Званых на этот праздник жизни много, но избранных мало.

Итак, «и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим». Эта жизнь стоит того, чтобы жить её без долгов.

К – критика

Когда мне говорят: «Успокойся, не обращай внимания на критику», мне хочется послать человека заняться своей жизнью, что, собственно, я и делаю. Ну как другой человек может знать, какой у меня должна быть реакция на что-либо, будь то критика, похвала или благодарность. Я прошу таких успокаивающих меня, с благими, конечно, намерениями, сделать что-то стоящее реакции окружающих и не реагировать на критику. Если получится.

Я уверена, что критика меня перестанет раздражать в ту самую секунду, когда я перестану реагировать на благодарность. А пока я не отказываюсь ни от чего, просто использую по-разному. Обиды на меня, попытки обмана и критику в том числе я использую как контент в моём блоге. Ведь всё это человеческие эмоции, а я их неугомонный исследователь.

Однажды критично настроенная дама принесла мне в буквальном смысле миллионы долларов. Если бы её комментария не появилось в моём блоге, его бы стоило придумать.

Февраль 2019-го. Остров Бали. Я почти не вспоминала о дочери; новая жизнь и дело, от которого сносило голову так, что забываешь есть и спать, захватили меня полностью. Но когда я всё же вспоминала Александру, мне было больно. Я не могла ей звонить, мне было просто нечего сказать. Это ещё больней, чем признаваться, что скучаешь и любишь. Я не скучала и не любила. Никого. Я не могла ей пообещать, что мы скоро будем вместе и что всё будет хорошо. Я ничего не знала.