Читаем Прощай, Бог полностью

   Прилетев в Америку, Гоша не смог удержаться и первым делом заказал несколько экскурсий по самым знаменитым туристическим местам США. Потратив на это четыре дня и удовлетворив своё любопытство, он взялся за осуществление своего главного замысла. Поселился наш герой в Нью-Йорке в гостинице, недалеко от того скверика, где предстояло перековать старого шпиона. Гоша прошёл вдоль и поперёк это место, изучил все закоулки и укромные места, проверил пути отхода. Входов в эту аллею было два, один с большой авеню, а другой с какой-то пешеходной улицы. Остальное пространство парка было обнесено невысокой металлической оградой, поэтому наш герой решил, что клиент будет заходить со стороны авеню, так как там можно было близко подъехать на машине ко входу, не будет же он тащиться по пешеходной улице полкилометра.

   На следующий день, нарядившись в костюм туриста, как он это сам назвал, то есть надев гавайскую рубаху, белые шорты и большую панаму, а в то время в Нью-Йорке было жарко, и повесив на шею большой старый фотоаппарат, который он приобрёл специально для этой операции, Гоша отправился ко входу в сквер и стал ожидать клиента. Промаявшись так часа три или четыре, он возвратился в гостиницу, пообедал и снова вернулся на свой пост. Прождав ещё пару часов, он закончил на сегодня свои поиски и отправился осматривать город.

   Так продолжалось пять дней, Гоша методично каждое утро приходил туда и прогуливался в ожидании клиента. Он менял одежду и аксессуары, то рюкзачок нацепит, то большую холщовую сумку под мышку, а то сомбреро напялит, в общем, маскировался, только старый фотоаппарат неизменно висел у него на шее. И его упорство и терпение были вознаграждены, на шестой день появился его клиент. Подъехал он на скромной машине, не спеша вылез из неё и, не торопясь, отправился ко входу в парк. С ним были два неприметных типа серой наружности в пиджаках. Это была охрана, а зачем же ещё в такую жару пиджаки, как не спрятать оружие. И действительно, их одежда слегка оттопыривалась в определённых местах. Гоша сразу же узнал своего клиента, он был в больших матовых очках, в руке держал чёрную массивную трость и на лысине виднелись старческие пигментные пятна, всё как на фото. Гоша вдруг сильно занервничал, его затрясло, и он весь покрылся испариной. Однако, бояться уже было поздно и он, отбросив все сомнения, начал действовать.

   Наш герой подошёл к самому входу в сквер и сделал вид, что читает табличку, прикреплённую к ограждению. Он достал словарь и карту и, всё время матерясь по-русски, смотрел то на табличку, то в словарь, то на карту, изображая заблудившегося туриста. И его план сработал, всё-таки американцы неплохие люди. Услышав русскую речь, а бывший директор ЦРУ немного знал этот язык, он не отказал себе в удовольствии пообщаться со странным русским туристом, а то, что это турист не было никаких сомнений, словарь, путеводители, карта города, да и весь внешний вид и допотопный фотоаппарат на шее говорили за это. Он, наверное, вспомнил свою работу в ЦРУ, образ врага и свою славную победу в холодной войне и решил проявить гуманизм к поверженному когда-то противнику. Он подошёл к Гоше и спросил его по-русски что произошло. Наш герой обернулся, сделал удивлённое лицо и начал объяснять участливому старикану, что он турист из России, что плохо знает английский, что купил билет в галерею имени такой-то её нью-йоркской матери, а этот непонятливый таксист, тудыть его в качель, завёз неизвестно куда и теперь, так его рас так, он не знает, куда податься. Бывший директор слушал его речь и просто млел от удовольствия, вот он образ побеждённого врага, растерянного, озадаченного и ошеломлённого. "Разбили мы вас в пух и прах, навязали свои ценности, теперь ездите к нам туристами, а как были дикарями, так и остались", - примерно такие мысли были в голове у старого шпиона в эту минуту. Он попросил у Гоши посмотреть билет в эту галерею искусств. Наш герой начал судорожно шарить по карманам в поисках этого билета, карта, словарь и путеводитель всё время мешали, да ещё этот фотоаппарат на шее, он постоянно его трогал и сдвигал с места на место. Наконец билет был обнаружен и вручён доброму дедушке, а Гоша заранее побеспокоился о его покупке. Тот прочитал там что-то на обратной стороне и сказал, что ему нужно пройти пару кварталов в сторону центра, свернуть направо, и он будет на месте. Наш коварный тип и без него хорошо знал, где находиться эта галерея той самой нью-йоркской матери, но изобразил на своём лице радость и облегчение. Он начал рассыпаться в благодарностях, предлагал выпить водки по такому случаю и чуть ли не лез целоваться, на что, стоящая неподалёку до этого безучастная охрана, тут же отреагировала, и он прекратил попытки очень близко подходить к деду.