Наш мир никогда не состоял из твердой материи и однозначной правды. Он больше похож на скопление домыслов, на бутылку мутного стекла или утонувшую амфору, полную не претворенных вариантов, оторванных от реальности надежд и эфемерных мечтаний, которыми нельзя ни с кем поделиться. Лениво вращая в голове эту незатейливую истину, я заснул, и увидел морской прибой, в котором барахтались, пытаясь спасти свои жизни, неспокойные древние боги.

Глава 24

Итальянская ривьера,

Июнь 2005

К утру третьего дня Карла убедилась, что приехала сюда напрасно. Ауад не собирался возвращаться, во всяком случае, не в ближайшее время. В маленьких городках затеряться сложно, и потому двух арабов, живущих на пришвартованной в марине парусной яхте под названием «Марьям», многие знали в лицо. Они часто уходили в море, особенно летом, но через пару недель снова появлялись в городе. Никто не знал, откуда они взялись и чем зарабатывали, но местный народ тактичный и не разговорчивый без особой нужды. Те двое исправно платили за место у причала и за выпивку в баре, ни к кем не ругались, не дебошили, не спали с замужними женщинами и болели за местный футбольный клуб. Этого было достаточно, чтобы никто не задавал вопросов.

Карла нашла девицу, у которой Ауад ночевал по выходным, пригласила ее на ужин в крохотной траттории, рассказала легенду о крупной страховке, которую тот по недоразумению не получил в прошлом, о войне и потерянных родственниках, о страстях и превратностях судьбы. Девица смотрела тусклым недоверчивым взглядом, но от десерта не отказалась. Вспомнила, что на прошлой неделе Ауад (которого она знала под другим именем) пообещал забрать с собой, что сердцем чуяла, будто увидит его нескоро, если увидит вообще. Мужики, они такие… Карла вздохнула и подозвала официанта, чтобы взять еще по бокалу вина.

Хозяин продуктовой лавки сказал, что перед отплытием они закрыли все долги. Служащий в порту, с которым пришлось пофлиртовать, вычитал с экрана, что они перестали оплачивать место, а значит, возвращаться не собирались.

Карла вышла на набережную, закурила, побродила меж пальм, бросавших резную тень на потемневшую от старости и морской соли брусчатку. Пришла к выводу, что здесь больше нечего делать. Энди не ошибся, он нашел для нее правильный адрес в правильном городе, но что-то пошло не так. То ли Ауада в очередной раз выручило шестое чувство, то ли кто-то его предупредил. Большой Жозе? Маловероятно. Других идей у Карлы не было.

Она свернула на одну из узких улиц, подпертых стенами обшарпанных двухэтажных палаццо с почерневшей лепниной и коваными решетками балконов, чернеющими на фоне глубокого синего неба. На побережье есть куда более симпатичные города, но Карла не любила путешествовать без цели. Ей хотелось вернуться в Америку, где все просто, понятно и связано с деньгами. Где можно набрать побольше клиентов и загрузиться работой, чтобы забыть этот крестовый поход по душу Ауада Мансури, отнявший у нее столько времени и сил.

Пропетляв по переулкам, где приходилось прижиматься к нагретым солнцем стенам, чтобы пропускать машины, и шарахаться от велосипедистов, она оказалась на крохотной площади с парой лавок, риэлторский конторой и кафе. Лениво просмотрела выставленные на улицу вертушки с летними платьями. Давно уже не доводилось ей заходить в первый попавшийся магазин, чтобы купить одежду спонтанно, просто потому что понравился фасон иди цвет. При постоянных переездах и неопределенности для необдуманных покупок не оставалось ни места, ни сил. Но сейчас Карла не знала, чем себя занять, в голове роились неуютные колючие мысли об очередном провале, а полутемный салон магазинчика манил скидками и синтетическим холодом кондиционера.

Платье лавандового оттенка оказалось ей к лицу. Сильные руки и плечи контрастировали с трогательными кружавчиками, асимметричный подол выгодно оттенял загорелые ноги. Карла гордилась своим телом. Мысленно разделяла встреченных мужчин на тех, чьи бицепсы были внушительней, чем ее собственные, и всех остальных. Правда, ни те, ни другие никогда не интересовали ее в качестве партнеров по чему-либо в жизни. Платье смотрелось потрясающе, но Карла понимала, что надеть его некуда, что никогда раньше ей не пришло бы в голову такое примерить.

История с Большим Жозе не давала покоя. Карла знала, что Энди найдет выход, ведь он умен, изобретателен и абсолютно равнодушен к деньгам. Она поступила подло, бросив его в Париже, но в жизни приходится совершать подлые поступки, особенно после того, как Озмилькар и Кадм в один голос приказали ей уйти. Эти двое, чьи настоящие имена она даже приблизительно не хотела знать, с трудом выносили друг друга и редко сходились во мнениях. Но сейчас оба сказали, что позаботятся об этом сами.